Наследие греха стр. 71
долго прождав и так и не дождавшись директора, вынужден все же каяться перед его подчиненным и, возможно, от него же принимать наказание. Пристыженный, он вкратце пересказал Майклу историю миссис Криллинг.
– Очень любопытно. Вы хотите сказать, что в день смерти миссис Примеро эта женщина еще считала завещание имеющим силу? – удивился полицейский.
– По-видимому, так. Про убийство она не говорила.
– Но тут мы ничего не можем сделать. Вы это понимаете?
– Я хочу, чтобы вы сказали мне, достаточно ли у меня оснований писать министру внутренних дел и просить пересмотра дела.
Откуда ни возьмись выскочил констебль – он подошел к двери кабинета Вексфорда, постучал, и его впустили.
– У вас нет никаких улик, даже косвенных, – сказал Берден. – Вряд ли старший инспектор это одобрит.
Взрыв сардонического хохота сотряс тонкую перегородку между коридором и кабинетом. Генри, неизвестно почему, вдруг почувствовал себя уязвленным.
– Думаю, я все же напишу, – сказал он тихо.
– Ваше право, сэр. – Майкл поднялся. – Как со здешними достопримечательностями, посмотреть что-нибудь успели?
Пастор подавил нараставший гнев. Что ж, если Берден намерен свести их разговор к банальной болтовне, болтовню он и получит. В конце концов, он же обещал своему старому приятелю Гризволду, а значит, косвенно и старшему инспектору, не поднимать шума?
– Да, ездил вчера в Форби, – сказал Генри. – Был на кладбище и случайно набрел на могилу того юноши, о котором мистер Вексфорд на днях говорил в суде. По фамилии Грейс. Помните?
Лицо его собеседника не выражало ничего, кроме вежливого недоумения, зато сержант при этих словах тут же поднял голову от книги.
– Я родом из Форби, сэр, – сказал он. – У нас там каждая собака Джона Грейса знает. Неважно, что двадцать лет прошло, в Форби вам любой о нем расскажет.
– Что расскажет? – повернулся к нему викарий.
– Он считал себя поэтом, бедняга, и еще пьесы писал. Религиозный был человек. При жизни даже пробовал продавать свои стихи, ходил с ними от дома к дому.
– Прямо как У. Х. Дэйвис, – заметил Арчери.
– Что-то вроде.
– Он был пастухом? – поинтересовался священник.
– Да нет, вряд ли. У булочника вроде служил разносчиком или еще кем-то.
Дверь в кабинет Вексфорда распахнулась, оттуда вышел констебль.
– Старший инспектор хочет вас видеть, сэр, – сказал он Бердену.
Вслед ему полетел громкий рев самого Вексфорда:
– И ты возвращайся сюда, Гейтс, будешь брать у этого Гая Фокса показания! Да сигарету ему дай, сам-то он не взорвется.
– Кажется, я должен идти, сэр, прошу прощения, – вздохнул Майкл.
Берден проводил Арчери до выхода.
– Вы вовремя поговорили с Элис Флауэр, – сказал он. – Если, конечно, успели.
– Да, я говорил с ней. А что? – насторожился викарий.
– Она умерла вчера, – сказал инспектор. – В местной газете объявление.
Генри направился к газетному киоску. Новый номер «Кингзмаркхем кроникл» вышел утром, и пачки свежих газет лежали на прилавке. Он купил одну и разыскал некролог внизу последней страницы.
«Кончина мисс Э. Флауэр».
Пробежав заметку глазами, пастор взял газету с собой в отель, чтобы там почитать ее внимательно.
«Смерть произошла сегодня… Значит, вчера», – понял Арчери, взглянув на дату выхода газеты, и продолжил читать. «В больнице Стовертона скончалась мисс Элис Флауэр. Покойной было восемьдесят семь лет. Мисс Флауэр, двадцать пять лет прожившая в нашем городе, особенно запомнилась его обитателям своим выступлением в