Библиотека

Наследницы стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

лондонский дом, спрятав большую часть своих сокровищ — картины Гойи, Гейнсборо, Ватто и Вермеера, серебро и инкрустированные драгоценными камнями предметы, которые дарили на протяжении веков и которые стали частью состояния рода Маунтджой, — в потайных местах за городом. Он быстро привык к трудностям и лишениям военного времени, проводя долгие часы в своем кабинете и отсыпаясь в клубе, где он мрачно обсуждал с его членами битвы при Вердене, Сомме и Ютландское сражение. И наконец, он вместе со всеми радовался, когда в ноябре тысяча девятьсот восемнадцатого года главные силы добились прекращения военных действий.

Число погибших с обеих сторон составило восемь с половиной миллионов. Молодое поколение Британии почти полностью погибло.

Жизнь постепенно восстанавливалась, но Уильяму не удавалось найти женщину, которая понимала бы его так, как Пенелопа. А сейчас ему было семьдесят — для женитьбы слишком поздно.

Лондонский экспресс, пуская дым, въехал на Паддингтонский вокзал; тормоза заскрипели, вагоны дернулись, и поезд остановился. Лорд Маунтджой сложил «Таймс», надел пальто и котелок, небрежно кивнул своим попутчикам и спустился на платформу.

Бриджес, шофер, ожидал его рядом с серебристым «роллс-ройсом». На дверцах машины были выгравированы герб рода Маунтджой и их начальная буква «М». Интерьер машины был выполнен из прекрасной кожи; на каждом окне были встроены серебряные вазочки с темно-красной розой в каждой; в баре красного дерева стояли хрустальные стаканы.

— Доброе утро, милорд, — приветствовал Маунтджоя шофер, открывая дверцу машины. — Домой, сэр?

Уильям вздохнул и ответил угрюмо:

— Думаю, что да.

Он не переставал думать, как провести этот день, хотя отлично знал, что семидесятый день его рождения будет похож на все другие. Он придет домой на Керзон-стрит, снова примет ванну, так как был человеком очень привередливым и считал, что даже в вагоне первого класса каждый пассажир подвержен грязи и копоти. Затем он переоденется и пойдет в свой клуб, где пропустит стаканчик превосходного темного эля, который презирали его клубные приятели, но к которому с годами он так привык. Он осмотрится, чтобы увидеть, кто присутствует, и, возможно, найдет кого-нибудь из близких друзей, с которыми можно посидеть за ленчем, вспоминая минувшие дни за бутылкой кларета и картофельной запеканкой с мясом, любимой им с детства.

А после пойдет прогуляться по Сент-Джеймсскому парку, пройдет по Пэлл-Мэлл, весело размахивая своим сложенным зонтиком, поглазеет на гвардейцев у дворца, завидуя их юности, затем вернется домой, немного вздремнет за отсутствием дел получше, а потом посмотрит, какие приглашения ему прислали на вечер.

Небо было затянуто тучами, а ветер стал холоднее, когда Уильям Маунтджой поднялся по лестнице своего великолепного дома. Дворецкий уже ожидал

его. Распахнув дверь, он почтительно отступил.

— Добрый день, милорд, — сказал он.

— Добрый, Джонсон, — ответил Уильям, протягивая ему зонтик, котелок и пальто.

— Домоправительница приказала зажечь камин в библиотеке, сэр, — сообщил Джонсон. — Она подумала, что там немного холодно, а вам, возможно, захочется выпить там стаканчик хереса.

— Никакого хереса, Джонсон, спасибо, — ответил Уильям, направляясь в библиотеку и закрывая за собой дверь.

Он устало опустился в большое кресло, обтянутое зеленой кожей, положил ноги на бронзовую каминную решетку и оглядел комнату. Полки, сделанные из лучшего бразильского розового дерева, возвышались до самого потолка, поблескивая корешками кожаных переплетов. Бесценная коллекция миниатюр слоновой кости была расставлена вдоль одной

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.