Наследники Альберты стр. 32
А фотография Камиллы Мартин никуда не годится. В жизни она гораздо красивее. Меня просто бесит, что мы не успели сделать цветной портрет.
Полли пропустила мимо ушей сетования шефа, ей фотография понравилась.
- Еспер, какой чудесный снимок! Сделай мне такой, я его повешу у себя в комнате.
Рудольф Люнден, в руках которого тоже оказался журнал, одобрительно кивнул.
- Еспер отличньгй фотограф, я всегда говорил: Да и пишет он бойко.
Еспер Экерюд мрачно взирал на своих защитников. Следующее замечание Полли окончательно испортило ему настроение.
- Жаль, что под фотографией и в тексте говорится, будто Камилла исполняет партию Сенты на премьере «Летучего голландца»,- сказала она.- На премьере пела
Маргарета Халлин.
- Как Маргарета Халлин? - в отчаянии вскричала Мирьям. - Выходит, наша звезда на этой неделе ничем не отличилась. Господи помилуй, теперь не хватает только, чтобы теологиню, которая запланирована у меня в двадцать второй номер, не посвятили в сан.
- Ты прекрасно знаешь мое отношение к женщинам-пасторам,- не выдержал ее дядя.
- Омлеты готовы,- весело перебил Эдуард.- Их надо есть горячими.
- Камилла Мартин всегда в центре внимания, - решительно заявила пасторша.- Садитесь за стол и не ссорьтесь во время еды.
Ссора утихла, и сразу как будто иссякли все темы для общего разговора. Лиселотт Люнден нехотя беседовала с Полли о многосерийном английском фильме. Брат и сестра Экерюд угрюмо молчали. Пастор Люнден выпытывал биографические данные у незваного чужеземца, нарушившего семейный покой.
- Ты из Латинской Америки? В какой же стране ты родился?
- В Венесуэле. Но моя мать из Бразилии.
- У тебя необычная фамилия. Это испанская или португальская ?
- Думаю, ни то, ни другое. Отчим моего отца был из прибалтийских крестьян.
- «Слуги и господа» - изумительная картина,- говорила тем временем Лиселотт Люнден.- Почему у нас не делают таких увлекательных фильмов?
- Из крестьян? Так, так, понимаю.- Пастор немного успокоился.- А чем занимается твой отец?
- Он умер. Но при жизни был профессиональным авантюристом, если так можно сказать,- с готовностью объяснил Эдуард.
- Совсем как ты?
Молодой человек лучезарно улыбнулся. Темно-карие глаза смотрели невозмутимо. Под голубой расстегнутой рубашкой блеснула кованая золотая цепь.
- Мне недостает таланта жить одним плутовством. Время от времени приходится работать санитаром, но в данный момент я сижу без дела. К работе я прибегаю, лишь когда всерьез начинаю умирать с голоду.
- Эдуардо тебя разыгрывает,- вмешалась молчавшая до той поры Мирьям.- Он изучает медицину и хочет стать врачом.
Эдуард вновь улыбнулся и взял сигарету.
- Не слушайте ее. Тот, кто колесит по свету и черпает опыт в случайных больницах, едва ли станет врачом. И вряд ли разбогатеет. Одним словом, я нищий, и
богатая наследница мне очень кстати.
Он шутливо обнял Мирьям, которую это ничуть не оскорбило. Зато фру Люнден поджала губы и встала.
- Курить за столом и любезничать у всех на глазах не в наших правилах,- язвительно сказала она.- Мы все выиграем, если вы уединитесь.
Как ни странно, у Мирьям не нашлось столь же язвительного ответа. Слова пасторши куда сильней задели Эдуарда Амбраса, но он проглотил обиду, отложив месть до более удобного случая. И такой случай не заставил себя ждать. Через час все общество отправилось на второй этаж, чтобы разместиться на ночлег.
Рядом с комнатой Полли находились