Наследство Империи стр. 287
вышибить человека из тела ко всем чертям и само в него вселиться? Ну и что с того, что этого нет в техпараметрах заказчика! Пошли бы они к нам, если б знали, как это у них работает? Кто знает, какие свойства они приобретают, будучи перенесены неоднократно? Опыт? Навык? Новые степени свободы? Кто там был, когда это случилось? Ты, я, полдесятка техников, парень от заказчика и твой мальчишка. Ты ни в ком не заметил ничего необычного?
— Водевиль, — в сердцах сказал доктор Ванн. — Чтоб они сгорели, твои осциллографы! Астрал-ментал... Ты что, ко всему дурдому еще и охоту на ведьм тут развяжешь? Как ты отличишь правильное психополе от неправильного?
— Придется разработать какие-то тесты, — вскинулся Спиро, и Брюсу почему-то сделалось неудобно на него смотреть. Было что-то непристойное в его азарте, вызванном, вероятно, крайним изнеможением, и еще казалось, что ему важнее пошевеливаться, чем сесть и поразмыслить. — О! И образец «неправильных» реакций у нас есть. Пожалуй, я этим займусь.
— Ты уверен, что заказчик платит тебе именно за это?
— Это вам, батенька, не конвейер! — хмыкнул Спиро и напомнил коллеге старый анекдот о сферических конях в вакууме. — Технология уникальная и требует деликатного подхода.
Доктор Ванн возвел очи горе, но, когда через день сама собой открылась и закрылась дверь-диафрагма, поджал губы и позвонил куда следует.
И вновь явился Спиро и опять ничего не нашел.
Первым ударом по плану спасения стало совершенно неожиданное появление Люссаковых «горилл». Неизвестно, где они зависали все это время: у них, в отличие от Гросса, не хватило харизмы убедить администрацию в необходимости своего присутствия при исполнении совершенно рядового заказа. К тому же три скучающих эсбэшника — это уже фактор хаоса, а хаоса в эти дни на Шебе и так было предостаточно. К счастью, план был заведомо и принципиально не проработан, а потому ему не грозило рухнуть от одной влетевшей в форточку мухи.
— Вскрывать это вы будете при нас, — заявили они, вторгшись в лабораторию доктора Ванна и выразительно постучав по крышке. — Мы обязаны проконтролировать исполнение в пределах своей ответственности.
— Это, — с вызовом заявил им хозяин, — вскроется автоматически, когда будет исполнена программа. Не раньше и не позже, если вы хотите получить его живым. Это женщины могут рожать с патологией, а у меня шаг вправо-влево — и можно сливать в унитаз. Так что сидите тихо и не делайте вид, будто что-то смыслите!
И Брюс, проходя мимо, одарил их независимым взглядом.
— А что? — шепотом спросил он. — Он там жидкий?
— Я тебе его не покажу, — доктор Ванн подмигнул. — Если ты поглядишь на него сейчас, твое сердце навсегда отвратится от брата. Ты станешь видеть его таким, недоделанным, будто это его истинная натура. Зачем тебе кошмар? Ты ведь собираешься любить его?
Брюс вскарабкался на табурет и положил локти на стол, а поверх них подбородок. Ну-с, господа «гориллы», кто кого переждет? Доктор Ванн возбудил его воображение. Там, в темноте капсулы, перед его внутренним взором формировались трубчатые кости, эластичные связки оплетали их, как приводы совершенного механизма, внутренние органы собирались, как из мозаики, влажные красные мышцы прилегали к скелету, пронизанные алыми и синими сосудами — как на анатомической схеме. И кожа. Смуглая, того же природного оттенка, что