Наследство Империи стр. 316
когда он будет технически мертв? Ты представляешь себе наследников, которые подтвердят подобный заказ? За что они будут платить? За право никогда не вступить в права?
Доктор Спиро победно ухмыльнулся:
— На то есть юристы. Душеприказчики, завещания... Прикинь, какое тут образуется правовое поле! Мы отменим все правила и поставим эту Галактику на уши. Никаких наследников! Бесконечное самосовершенствование личности. Ты только представь...
А у него голодные глаза, смекнул Брюс.
— Мне страшно, — сказал доктор Ванн. — Спиро, ты никогда не бывал на Пантократоре?
— А что там на Пантократоре?
— А они не признают клонирования, кроме как для выращивания новых органов. Я иногда думаю: может, не зря?
* * *В этом ящике барашек, который тебе нужен.
— Я думал вчера про то, что ты мне сказал. Правильно ли я понял, что, если мы найдем способ оставить тебя здесь, на некоторое время твоя проблема будет решена?
— Ну? — Брюс покосился на доктора Ванна с проблеском интереса. Он плохо спал эту ночь. — А что вы придумали?
— Если бы тебя заинтересовало, что мы тут делаем, может, администрация согласилась бы определить тебя в школу-интернат с усиленной программой по генетическому программированию. Эту программу сам бы я и вел.
— Что, есть такой интернат?
— Э-э-э... вроде бы нету, но почему бы ему и не стать? В конце концов, мы же обязаны думать о будущем. Надо поговорить с директором. Если тебе подходит, я запишусь на прием. А?
Брюс был обескуражен. Вообще-то всю ночь голову его занимали Назгулы. Две штуки здесь — это не случайно!
— Ну, — неуверенно сказал он, — давайте. Если только вы животных не мучаете, потому что если так, я не...
— Ты все равно узнаешь: у нас тут достаточно бракованных клонов, чтобы не испытывать новые технологии на животных. Их и вообще-то на Шебе нет.
Два варианта лучше, чем ни одного! Главное, что это не те варианты, на которые рассчитывает Люссак. Он, вероятно, вообще не рассчитывает, что мы что-нибудь придумаем. Отдал приказ и забыл. Очень удобный злодей нам попался.
А пока пошли работать. Сегодня был важный день: обработанную в соответствии с заказом «пробу», которую доктор Ванн в обиходе называл «закваской», поместили в чан с протеиновым раствором, из которого тело должно было сформироваться, как кристалл, сообразно с информацией, содержащейся в ДНК. Чан выглядел как продолговатая капсула, более всего похожая на походную криокамеру и на удивление небольшая. Стандартный, вне зависимости от размеров готового продукта.
— А он как будет, сначала младенцем, а потом — расти?
— Нет. И новорожденный весом три двести, и «суперсолдат» девяноста пяти кило по времени готовы бывают одинаково. Вот сейчас я выставлю макропараметры... Тебе сколько лет? Одиннадцать?
Зажглись все контрольные лампочки, процесс пошел.
— Почему их называют роботами? В них же нет ничего... ну, механического, чужеродного?
— Робот, без сомнения, неправильное слово. Вернее было бы — «андроид» или «репликант», но «робот» короче. Язык стремится к простоте.
— А обратно можно?
— В смысле — обратно?
— Да я все думаю: девочку, Игрейну, можно было спасти?
Ответом на это был удрученный ежиный пфек.
— Такая задача передо мной никогда не ставилась. Команда на генном уровне для уже сформировавшихся структур. Ну... теоретически я бы начал с того, что заморозил «куклу» до полной