Библиотека

Научи меня любить стр. 63

Размер шрифта
-
+
Тема

такой беспощадной. «Соль» разрывала на части. «Соль» струилась по телу, как горная река во время разлива. Она обладала чудовищной способностью — заполнять болью каждую клеточку тела. Превращать все это тело — в один оголенный комок нервов.

«Когда же?» — подумал он, удивившись, что до сих пор еще сохраняет эту способность — думать. Он помнил еще о том, что «соль» — это последняя нота. Осталось только пережить ее, вытерпеть, а потом — все, кончится банальный музыкальный ряд. Осталось совсем немного… «Только бы побыстрее», — мелькнула мысль, и вслед за этим он вдруг подумал: вот, оказывается, что чувствовал Лексин, когда его убивали.

Оказывается, в тот момент, когда все пределы невыносимого уже позади, но вечное забытье еще не наступило, человек способен думать только об одном — чтобы это произошло быстрее. Все остальное — уже не важно… Только бы отключился мозг. Только бы прекратились эти судорожные толчки невыносимой боли, только бы смолкла последняя нота…

Но она все продолжала звучать, все тянула его за собой, теперь уже не вниз, а куда-то вверх, все выше и выше, и он уже не сопротивлялся ей, потому что знал — дорога перед ним одна. Другой дороги нет…

А потом наконец все стихло. Боль накрыла его в последний раз с головой, захлестнула, как гигантская волна во время шторма, и потом оно наступило — желанное, долгожданное забытье. Мрак расступился, все вокруг стало белым. Белым и почти не прозрачным…

— Привет, Найк, — услышал он откуда-то издалека. — Какими судьбами?

Он сидел в машине и молча наблюдал за тем, как Степан Бирюков и Серега Пипин убивали человека.

Собственно, он почти не сомневался в том, что они его убьют. Хотя, в общем-то, об этом их никто не просил. Андрей просто хотел, чтобы они врезали этому парню как следует. Чтобы знал свое место. Чтобы неповадно было впредь…

Он так и сказал: «как следует».

Но, в общем-то, догадывался, что в их понимании следует — только так… А как же иначе?

«Звери», — глухо проговорил он и отвернулся, чувствуя, что нервы его уже не выдерживают подобного зрелища.

Парень, вышедший из темно-фиолетовой «девятки», сначала сопротивлялся. Сопротивлялся отчаянно — так, что Андрей даже позавидовал ему. Наверное, у него имеется какая-то веская причина для того, чтобы жить. Для того, чтобы бороться за эту жизнь — так отчаянно. А вот у него, у Андрея, нет такой причины…

Впрочем, он знал, что это за причина. Женщина, которая еще совсем недавно принадлежала ему, Андрею Погорелову. А теперь… Теперь она не будет принадлежать никому. По крайней мере, никому из них двоих. «Как драматично, — усмехнулся он. — Почти Шекспир».

А еще он знал — чем отчаяннее тот будет сопротивляться, тем меньше у него будет шансов остаться в живых. Это как красная тряпка, от вида которой наливаются кровью глаза разъяренного быка. Этот парень обречен. Они убьют его…

«Они убьют его», — услышал он вдруг чей-то голос. Оглянулся вокруг, но в машине кроме него никого не было. И окна были плотно закрыты. Он сам закрыл их. Специально закрыл для того, чтобы не слышать слишком отчетливо звука ударов.

«Они убьют его», — снова услышал он голос. Кажется, женский голос. Он даже смутно вспомнил о том,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.