Не рыцарь из прошлого стр. 4
Я долго оттягивала тяжелый для меня разговор. Но, идти мне было некуда, терпеть невозможно и я пришла с повинной.
Родные поддержали меня сразу, вопреки опасениям.
Лишь я заикнулась о том, что Глеб поднял на меня руку, мама велела собирать вещи и срочно переезжать, чтобы не рисковать жизнью. Помню, как я плакала тогда от облегчения. Будто камень упал с плеч.
Она всегда была за нас горой. И отстаивала перед учителями и папой, даже если мы где-то косячили. Вот в такой любви должна расти и моя дочь, а не видеть, как отец бьет мать и, не дай бог, ее саму.
Кстати, Пашка очень нравился моему папе. Я так и не смогла рассказать ему правду, почему мы расстались. Соврала, что это я его бросила. Лишь Арина знала правду, и то, только потому, что у нас были общие друзья.
Подъезжает автобус. Вздохнув, встаю с лавочки и, снова отгоняя неприятные воспоминания, захожу внутрь. Душновато, поэтому снимаю шарф и достаю телефон, чтобы почитать книгу. То и дело ловлю на себе пристальные взгляды какой-то женщины. Не люблю, когда посторонние интересуются моей беременностью, не даю трогать живот и сейчас ставлю сумку так, чтобы его прикрыть, но все равно сижу, как на иголках.
Дочь будто чувствует мое волнение и начинает толкаться. Мысленно успокаиваю ее и резво подпрыгиваю с места, когда доезжаю до своей остановки. Автобус неожиданно дергается. От резкого движения едва не падаю, чудом хватаюсь рукой за поручень.
— Куда прешь, придурок? — слышится несдержанный возглас водителя.
Наконец, выбравшись на улицу, перевожу дух и иду в сторону дома. Бок неприятно саднит. Кажется, потянула мышцу случайно. Я вообще уже сейчас чувствую себя переспелым арбузом, который треснет от любого неосторожного движения. Я недавно чихнула и думала, что рожу. Даже представить страшно, что будет к девятому месяцу.
Когда добираюсь до дома, все неприятные мысли отступают на задний план.
— Спорт беременным полезен, — уговариваю себя тихонько, шагая по крутым лестницам и на ходу расстегивая пальто. Еще неделю назад было значительно легче. — Главное, не описаться.
Облегченно выдыхаю, останавливаясь на своем этаже и доставая ключи от квартиры.
— Ира! — тут же вылетает с кухни сестра и пугает меня своим громким шепотом и выпученными глазами.
— Блин! — вздрагиваю, быстро скидывая обувь. — Подожди, мне в туалет надо.
— К нам Пашка заходил, — продолжает она.
Замираю, забывая про то, что торопилась секунду назад.
— Зачем? — хмурюсь.
4. Хороший мальчик
— Поздороваться типа. — шепчет она. — С мамой поболтал. Расстроился, что папа умер. Номер твой просил.
— Дали? — сглатываю.
— Мама дала, — пожимает Арина плечами. — Но, попросила до родов тебе не звонить и не волновать.
— Ну, хоть про то, что я развожусь, не сказали? — вздыхаю сердито.
— Нет, не переживай. Он уезжает, представляешь? Моряком устроился. Будет канал свой вести, показывать жизнь на корабле.
— Скатертью дорога, — усмехаюсь и, наконец, бегу по своим беременным делам.
— А вот мне кажется, — продолжает сестра, когда я захожу в нашу комнату и ложусь на диван, — что он номер твой просил не просто так.
— Конечно не просто так, — закатываю глаза. — Подписчиков ведь надо как-то набрать на канал.
— Ну, что ты злишься? — Арина сидит на диване напротив и смотрит на меня серьезно. — Может, он все осознал и хотел помириться?
— Ариш, —