Не устоять перед соблазном стр. 160
стоя, вдруг сообразил Джаспер, задирая Кэтрин юбку и расстегивая ее панталоны. Что довольно странно, если вспомнить все случаи…
Однако Джаспер не хотел вспоминать те случаи, которые были без Кэтрин.
Это оказалось непросто. Он вплотную приблизился к ней, приподнял ее, перехватил под коленки и вошел в нее.
Непросто, но очень возбуждающе, черт побери!
Кэтрин мышцами сжала его плоть.
Черт побери!
Кэтрин обхватила его за плечи и откинулась назад. Ее глаза были закрыты.
Джаспер врывался в нее быстро и стремительно, позабыв о нежности. Наконец, через довольно короткое время, оба пронзительно вскрикнули и в изнеможении припали друг к другу.
Джаспер нашел губы Кэтрин и поцеловал ее.
— Кэтрин, — слегка задыхаясь, произнес он.
Она заглянула ему в глаза и улыбнулась, потом подняла руку и откинула непокорную прядь с его лба.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Да, — вздохнула она, — любишь.
Оба тихо засмеялись.
— Любишь, — повторила Кэтрин, сильнее прижимаясь к нему. — Ах, Джаспер, я знаю, что любишь! И я люблю тебя. Наверное, я всегда тебя любила, хотя, если бы ты не любил меня, я не призналась бы в этом даже через миллиард лет.
— Всегда? — переспросил Джаспер, поднимая голову и глядя на нее.
— Я влюбилась в тебя в Воксхолле, — сказала Кэтрин, — потому что ты был опасен. А в этом году я влюбилась в тебя, потому что ты заставлял меня смеяться и был нелепым. А потом, потому что… Ну, просто потому что. Не знаю почему.
— Потому что мне нужно было выиграть пари, — заявил Джаспер, — и я сделал это с неподражаемым мастерством.
Кэтрин засмеялась и подставила ему губы для поцелуя.
— Если помнишь, у пари была и другая часть, — сказала она. — Ты сам настоял. Я так же искусна, как и ты.
— Я был бы первостатейным идиотом, если бы оспаривал это, — ухмыльнулся он. — Какой у меня штраф за проигрыш? Целая жизнь любви?
— Да, — ответила Кэтрин.
— Но, — заметил Джаспер, — такой же штраф ожидает
и тебя.
— Ну и отлично, — заверила его Кэтрин. И они снова слились в долгом поцелуе.
— Джаспер, — сказала Кэтрин, отстраняясь, — пора возвращаться. О чем мы только думали, оставив всех?
— Наверное, — усмехнулся Джаспер, — если говорить прямо и не бояться вогнать тебя в краску, мы думали о сексе.
— О Боже! — произнесла Кэтрин. — Вероятно, ты прав.
Они уже были на восточной лужайке, когда Кэтрин нарушила молчание.
— Надеюсь, — проговорила она, — скоро у нас будет ребенок. Тогда мое счастье окажется полным.
— Я приложу все силы к тому, чтобы это случилось поскорее, — заверил ее Джаспер.
— Возможно, я забеременею к Рождеству, — проговорила Кэтрин. — Или к Пасхе.
— Господи, Кэтрин, — воскликнул Джаспер, — почему ты считаешь меня таким медлительным? Я бы говорил о конце августа или, в крайнем случае, о конце сентября.
— Ах, — вздохнула Кэтрин, — я и не надеюсь на это, иначе я буду очень разочарована, если это не произойдет! Поэтому я говорю о Рождестве.
— А я — о конце августа, — заявил Джаспер. Они повернули за угол и пошли к балкону.
— Не искушай судьбу своей уверенностью, — сказала Кэтрин.
Джаспер придержал ее за талию и повернул лицом к себе.
— Слушай! — проговорил он, поднимая указательный палец. — Слышишь? Чувствуешь?
Кэтрин замерла на мгновение.
— Что слышу? — спросила она. — Что чувствую?
— Все же совершенно очевидно, — ответил