Библиотека

Не верь лучшей подруге! стр. 104

Размер шрифта
-
+
Тема

на стул в прихожей и, стягивая с ее ножек абсолютно мокрые сапожки и джинсики, попросила Николая:

– Коля! Пусти в ванну горячую воду! Быстро! Заболеет ведь!

Николай, молча наблюдавший за совершенно непонятной ему сценой, отделился от стены и в состоянии глубокой задумчивости побрел в ванную. Когда Оксана принесла туда облепившую ее руками и ногами девочку, он спросил:

– Чье это создание?

Оксана еще крепче прижала к себе Наташеньку и ответила:

– Мое, Коля…

– В смысле?

– Ну… это моя девочка…

– Не хочешь же ты сказать…

– Это моя… дочка… – Оксана произнесла это без всякой боязни, потому что поняла: никакой другой женщине, на которой Алексей сдуру женился, она ни за что не отдаст Наташеньку. Она разрушит их идиотскую семейную идиллию, и он непременно разведется и женится на ней, потому что они должны быть втроем: она, Пылаев и Наташенька.

– Та-а-ак… – протянул Николай. – Это уже что-то новенькое. Дочка у тебя, оказывается, есть… Правда, колер немножко странноват… Слушай, а может, у тебя и муж где-нибудь завалялся?

Оксана вздохнула и ответила:

– Нет, мужа у меня нет… пока…

Николай прислонился к косяку двери, сложил руки на груди и снова спросил:

– Интересно, а где же твоя дочь все это время была?

– Я с папой была и в садике, – ответила ему Наташенька, изо всех сил прижимаясь к Оксане.

– А твой папа тоже сюда придет… ну… чтобы в ванне помыться? – саркастически спросил ее Николай.

– Нет, он не знает, что я буду мыться, – очень серьезно ответила ему девочка.

– Так… ясно… – Руденко посмотрел на Оксану. – Посторонним мужчинам не стоит присутствовать при том, как женщины принимают ва-анну, не так ли?!

– Ты все правильно понял, Коля, – ответила ему Оксана.

– Ну что ж… Я тогда пойду, пожалуй, но… если у тебя все-таки это дело не выгорит… ну, с ее отцом… ты возвращайся в Репино, хорошо?

Оксана грустно кивнула. В ней вдруг кончились завод и кураж. Разве она сможет тягаться

с женщиной, которая в два счета, как сейчас говорится, развела Алексея на брак. Она не могла тягаться с Нюшенькой, не сможет и с этой. Она вовсе не прикидывается, как считает Николай, мокрой курицей. Она мокрая курица и есть. Конечно, у нее вряд ли что-нибудь выгорит, как бы она ни хорохорилась, но не заводить же опять тягомотину о том, что она к Николаю никогда не вернется. Николай вышел из ванной с похоронным лицом. Оксана подождала, когда за ним захлопнется входная дверь, и посадила Наташеньку в горячую воду. Она терла мочалкой ее прозрачное, но уже немножко вытянувшееся тельце, с трудом сдерживая слезы, но девочка ничего не замечала и весело стрекотала о том, как они с папой ездили на дачу к дяде Саше и тете Люде. Оксана понимала, что в ее мозгу в единое целое объединились дача дяди Саши с тетей Людой и их встреча в электричке. Она хорошо помнила дикий испуг в глазах девочки. Тогда, в вагоне, она, наверно, никак не могла сообразить, откуда там взялась Оксана.

Закутав Наташеньку в большое махровое полотенце, она отнесла ее в постель, нарядила в собственную самую маленькую футболку, укрыла ватным одеялом, примостилась рядом и с ужасом представила, как пятилетний ребенок бредет к ней через весь город,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.