Библиотека

Не верь никому стр. 313

Размер шрифта
-
+
Тема

последние месяцы их отношения развивались по нарастающей. Он даже провел с ней февральские каникулы в Штатах.

Наоми махнула рукой в сторону живописной деревушки, окружавшей церковь:

– Местечко называется Мджарр. Знаешь, как переводится?

Тэг вопросительно посмотрел на нее:

– Как?

Она протянула руку и коснулась амулета, висящего у него на шее:

– Соль.

Он сжал крошечный хрустальный флакон:

– Правда?

– Говорят, названо в память о древнеримских соляных промыслах в заливе. – Наоми посмотрела на друга. – Надеюсь, это добрый знак для нас.

– Приму к сведению.

Дункан знал историю этого талисмана. Наоми перевела солидный платеж тем двоим, помогавшим ей в Сан-Вито. Большую часть этих средств предоставил отец Арчи, который был им не менее благодарен.

Дункан взял Шерин за руку.

«Я тоже».

Поднимаясь по склону холма, он окинул взглядом раскинувшиеся по соседству долины, обрамленные белыми утесами, усеянные пещерами – некогда жилищами людей эпохи неолита. Даже церковь на вершине была единственным сохранившимся на острове троглодитическим святилищем, то есть построенным внутри пещеры и поднимающимся из нее вверх.

«В отличие от бункера в Доломитах».

Уж только поэтому ее стоило исследовать.

Другая, более важная причина находилась рядом с ним. Дункан взглянул на Шерин и сжал ее пальцы, подтверждая свое полное доверие.

Только она была свидетельницей чуда, которое привело их сюда.

7610:49

Шерин прошла через ворота монументальной барочной арки и вошла в каменный двор церкви. Со всех сторон ее окружали высокие стены. В центре стояла величественная статуя Девы Марии, окруженная железной оградой. Камни фасада под лучами утреннего солнца отливали розовато-белым.

История этого места ощущалась ею как физическое бремя.

«Или, может быть, это просто беспокойство…»

Она позвала сюда всех, увидев мимолетное чудо, рожденное алхимическим огнем. И теперь, в церковном дворе, готовясь к поиску, мысленно вернулась к тому моменту в самом сердце Монте-Антелао, в пещере, полной золота и реликвий, связанных не только с иудейской верой, но и с историей человечества.

Принятое в том подземном хранилище окончательное решение – сжечь книгу – воплотилось в жизнь во многом в соответствии с формулировкой Джулиана Райта в отношении его собственного плана: долгое планирование, суматошное исполнение.

С тех пор как в замке Барбье Шерин просмотрела страницы Третьего Речения с изображениями освежеванных тел, изуродованных скелетов и обнаженных органов, ее не оставляло ощущение тревоги. Читая описания экспериментов над людьми, она холодела от ужаса. Все это никак не вязалось с тем Сен-Жерменом, образ которого остался в истории. По рассказам современников, это был человек скромный, мудрый, терпеливый к своим критикам, всегда искавший светлые пути, чтобы помочь человечеству стать лучше.

Автор Третьего Речения совершенно не соответствовал этому образу. Череп на титульном листе показался ей скорее предупреждением, чем украшением, и напомнил череп со скрещенными костями на бутылке с ядом.

Даже обещание бессмертия представлялось слишком трудновыполнимым, если для достижения этой цели требовались столь ужасные процедуры.

Позже, в бункере, ей вспомнилась моральная дилемма, с которой столкнулось медицинское сообщество после Второй мировой войны: допустимо ли использовать результаты нацистских исследований, полученные в ходе садистских экспериментов над заключенными. Такого рода мысли лишь усиливали ее опасения и стали одной из причин, повлиявших на решение сжечь книгу. Она хотела не только не допустить Братство к сокровищам за дверью, но и, возможно, положить конец дальнейшим

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.