Небесная музыка. Луна стр. 236
Я прикладываю палец к губам, призывая подругу к тишине, хотя мне смешно – парень явно все слышал.
Лилит с кряхтением разувается, одновременно зачитывая драматичным тоном монолог:
– Это не ботинки, это орудия пыток. Как я должна в них ходить? Что с ними не так? И вообще, что не так с этими людьми? Почему театр – настоящее искусство – не так популярно, как эти вопли под скрежет пилы, скрип пенопласта и завывания баньши? И это в современном мире называется музыкой? Рок? Серьезно? Эти люди никогда не слышали классическую музыку. Это так грустно. Куда мы катимся?
Я скромно молчу о том,
что я знакома с классической музыкой более чем, однако это не мешает мне любить то, что играют «Красные Лорды». В своем жанре они лучшие. А сколько драйва они в себе несут! Но когда Лилит в плохом настроении, лучше дать ей выговориться.
– А ты видела, сколько людей пришло на концерт этих самых «Лордов»? Шок. Просто шок! Неужели это действительно доставляет удовольствие? Это как пить дешевое пойло вместо коллекционного вина. – Лилит, вздыхая, продолжает перешнуровывать ботинок. – Дева Мария, зачем я согласилась? Бедная я. И...
– Зачем вы вообще пришли на концерт, если вам так не нравится эта группа? – вдруг спрашивает сидящий рядом парень, о котором мы обе давно забыли.
Лилит озадаченно на него смотрит.
– Просто по фану. Выгулять наряд.
Он хмыкает, и это у него получается так издевательски, что Лилит начинает нести не в ту сторону.
– А почему, если вам так не нравятся мои слова, вы встреваете? – спрашивает она нараспев.
– Потому что вы слишком громко обсуждаете то, что мне нравится, – говорит раздраженно парень и поправляет очки. В солнечном свете на его среднем пальце сверкает широкое золотое кольцо с крохотными черепами, в глазницы которых вставлены блестящие камешки. А на безымянном тускло светится кольцо из черненого серебра в кельтском стиле.
– А подслушивать, знаете ли, нехорошо, – не теряется подруга.
– Вы так громко говорили, что не услышать было невозможно, – сердится он. – У вас голос, как у сирены.
– У человека всегда есть выбор, – ничуть не смущается Лилит. – Можно было встать и уйти, если наши разговоры доставляли вам столько дискомфорта.
– Эй, – толкаю я ее в бок. – Перестань.
– Раздражает, – отвечает Лилит. Парень что-то говорит себе под нос.
– Что? – мигом реагирует подруга. – Кого вы назвали дурой?!
– Вам показалось, – отвечает он елейным голоском. – Всего нехорошего.
Парень встает, с явным намерением уйти, запинается об ботинок Лилит и падает на колено прямо перед ней. Очки слетают с него вместе с кепкой, и мы с Лилит вглядываемся в его лицо – красивое, утонченное, с правильными чертами, как у какой-нибудь модели. Правда, в серо-голубых глазах царит паника.
– Это же ты! – вдруг радостно восклицает Лилит, и я только поражаюсь смене ее настроений. – Это ты! Сладкий Ричард!
– Нет, что вы, это не я, – моментально хватает очки и кепку парень, вновь прячет лицо и проворно вскакивает на ноги.
– Это ты! – не соглашается Лилит. Ее глаза