Небоскреб стр. 102
крикнул он, — заберите своего дружка, он вон там сидит.
Джерри Коутс все еще сидел на скамье рядом со столом. Он поднялся на ноги и подал Кори ее сумочку и зонтик.
— Нам лучше уйти, — сказал он. — Они просто уволокли отсюда Мэтта, Слима, Чарли и Тома в таких мешках для трупов. Нет смысла тут оставаться.
Она взяла сумочку, зонтик и бросила их на кресло.
— Нам тут надо сделать еще одну работенку, Джерри, проверить, все ли ушли с нижних этажей.
— А как? Система оповещения, селектор, сирена — все отключилось.
Она подтолкнула его к лестничному пролету.
— Есть старинный способ. Открывай двери на каждом этаже и кричи: «Уносите свои задницы отсюда!»
— О, к дьяволу все. Кори, разве это не работа полиции? Я не понимаю, почему мы должны…
— Потому что нас наняли, чтобы защищать это здание, вот почему! — Она вцепилась в его плечи. — Если тот инженер, который даже не работает у нас, рвется добежать пешком до шестьдесят шестого этажа, то ты у меня добежишь до двадцатого. На нижних этажах раскачивание не так заметно — вот потому-то я и думаю, что там может кое-кто остаться. Бьюсь об заклад, мы найдем нескольких усердных трудяг, все еще сидящих за своими столами и полагающих, что сигнал тревоги к ним не относится.
— Ах, Кори, черт тебя подери!
— Ты в лучшей форме, чем я, поэтому возьмешь этажи с двадцатого по одиннадцатый, а я с десятого и до самого низа. Просто один раз крикнуть на каждом этаже — вот все, что тебе надо сделать. — Она распахнула дверь и подтолкнула его вперед, показывая на лестницу. — Давай наверх.
Коутс посмотрел вверх, по его лицу катился пот.
— Мне надо было уйти домой, когда была такая возможность, — сказал он с таким видом, словно собирался заплакать.
— Ты думаешь, Мэтт колебался бы? Он был гадом ползучим, задницей, свиньей, но вот трусом он не был. Он бы пошел вверх по этим ступенькам, даже не задумавшись. Он не стал бы стоять здесь, писать в штанишки и скулить как ребенок.
Коутс посмотрел вниз, на мокрый кружок, образовавшийся у него между ног, потом стиснул зубы и побежал вверх, перепрыгивая сразу через две-три ступеньки. Кори Хейл с трудом поднималась за ним, надеясь в душе, что поступает правильно, и борясь со своим собственным желанием заскулить, закричать и сбежать домой.
* * *Первый час после ухода Митчелла Чарльз Кэстльман потратил на изучение деталей основания здания Залияна и просмотр папок с инженерными расчетами. Компьютер подтвердил то, что он уже и сам понял: в проекте конструкции основания были серьезные просчеты, колонны не имели достаточной страховки для противостояния подъемной силе. Второй час он молча просидел в кресле, бессмысленно глядя в пространство и слушая классическую музыку по радио. Он не мог найти в себе силы не только двигаться, но и думать. Когда он попытался сконцентрироваться на том, что ему предстоит сделать в ближайшие полчаса, то был буквально потрясен неожиданным открытием: он вообще не знает, как жить дальше. Несколько раз он ловил себя на том, что просто сидит, не думая абсолютно ни о чем. А по радио берлинский филармонический оркестр усердно исполнял переложение канона «ре», безусловно, самого нудного во всей