Недоделанный король стр. 146
подумайте над нашей беседой. Она у нас не последняя, – пообещал инквизитор. – Уведите его.
Когда за миноритами, отконвоировавшими сеньора д’Альбре, захлопнулась дверь и секретарствующий при дознании терциарий сложил листы допроса на стол к инквизитору, поклонился ему и вышел, то и я вылез наконец-то из своей темной ниши.
– Как вам, сир, показались наши методы дознания? – спросил меня инквизитор, вставая.
– Впечатляют… – хрипло ответил я, так как во рту пересохло.
Я вдруг отчетливо осознал, что мои отточенные навыки социальной демагогии, выработанные жизнью в СССР, мне никак тут не помогут, окажись я на месте обвиняемого в этом самом трибунале. Мало каши ели начетчики и талмудисты от коммунизма, и грамотейки у них часто не хватало. Тремя цитатами из «классиков» можно было легко поставить их на место. А тут предо мной стоял матерый зубр, иллюзорно облаченный в тщедушное тело старика в серой рясе из грубой шерсти, подпоясанной простой пеньковой веревкой. А на деле – просто супербизон. И хотя я понимал, что мне сейчас продемонстрировали представительский мастер-класс, все равно впечатляло, внушало и продирало до пяток. По крайней мере, я не желал бы такого священника себе в духовники. Мне б кого-нибудь попроще. Не такого въедливого.
– Пойдемте, святой отец, промочим горло. Мне кажется, что сейчас это будет в самый раз, – предложил я.
– Вам не откажешь в проницательности, сир, – улыбнулся францисканец, вынимая из шкафчика в конторке кувшин и два кубка. – Присаживаться вам я не предлагаю, не взыщите, сир. Тут всего два сидячих места: одно для судьи, а другое – для подсудимого.
И разлил по кубкам легкое белое вино.
– Какие-нибудь предварительные выводы у вас уже имеются, святой отец? – спросил я, как только живительная влага оросила мою пересохшую гортань. – А то мне скоро уезжать на коронацию…
– Пускайтесь в путь спокойно, сир. Мы с утра занимаемся дознанием и уже установили, что свита д’Альбре впала в пелагианскую ересь, осужденную почти тысячу лет назад на Эфесском соборе. Не все из них, сир, не все… но многие. Остальные – заблудшие овцы, которые находились под их влиянием. А вот с самим их сеньором еще работать и работать. Он упорный, верткий, но что он еретик – я уже не сомневаюсь. Не может такого быть, чтобы свита была еретической, а ее сеньор – истинный католик. Судьба Раймонда Тулузского нам пример. Так что вы все верно сделали, сир, вызвав меня, а не стали с ходу рубить им головы по обоснованным светским обвинениям. Потому как ересь нужно вырывать с корнем по месту ее произрастания – в самой сеньории Альбре.
– У вас есть на то полномочия, фра Фаддей? А то пока я с кардиналом Педро решу вопрос о составе Святого трибунала на землях моей короны, и пока его состав утвердят на Ватиканском холме… Много воды утечет.
– Не беспокойтесь, сир, – улыбнулся старик, – у меня есть достаточные полномочия от инквизиционного трибунала Прованса служить здесь во славу Господнюю, пока Гасконь не имеет своей структуры Святого трибунала. Действовал же я на ваших землях, пока вы меня к себе не призвали, – развел он руками. – Неужели вы думали, что бывшие катарские провинции оставят без внимания и надзора?
– Я не слышал раньше о вашей деятельности.
– В том-то и разница в методах между нами и доминиканцами, что