Негатив. Аттестация стр. 189
убежал.
Инструктор поглядел на меня сверху вниз и покачал головой.
— Это мы с тобой дали маху! — вздохнул он. — Ты ж ни то ни сё — тебя ещё и негатив прикрывать должен был. А кто б его нам на потешные бои выделил? А вообще, курсант, ты в рубашке родился: кабы не высокая сопротивляемость организма и отличная техника заземления, поджарили бы тебя. Как пить дать поджарили.
Я не без труда поборол тошноту, представив, что мог сотворить со мной выброс плазмы. Но возмущаться не стал, постарался придать лицу невозмутимое выражение и сказал:
— Ну, теперь-то в негативе нет нужды. В резонанс часов через шесть смогу войти только.
— Забудь! — отмахнулся Савелий Никитич. — Снимем с соревнований по состоянию здоровья. Никто на себя такую ответственность не возьмёт, даже не спорь.
Я спорить и не стал. Как-то разом отпало всякое желание снова на площадку выходить. Да и Барчуку дополнительных баллов за мои победы не обломится.
Впрочем, о чём я? Какие победы?
Раскатали бы меня во втором круге. Без резонанса там ловить нечего.
Начался второй поединок, я ещё посидел немного, собираясь с духом, потом поднялся с подножки автомобиля и поискал глазами Матвея. Тот вынырнул откуда-то сбоку и стиснул в своей лапище мою ладонь.
— Поздравляю! Красавчик!
— Да брось! — усмехнулся я. — Пошли лучше Митю растрясём.
Начинающий букмекер обнаружился среди студентов, Матвей зашёл справа, я придвинулся слева. Митя Жёлудь, отсчитывая нам купюры, чуть не плакал; при этом здоровяку он выдал не пятьдесят рублей, а полную сотню.
— Ну, я тоже на тебя поставил. Рыжий я, что ли? — хохотнул Матвей, вручив мне половину выигрыша.
Митя расстроенно шмыгнул носом и спросил:
— Ставки делать будете?
— Хорошего помаленьку, — отказался Матвей и потопал готовиться к поединку.
Я тоже покачал головой и спрятал сложенные надвое банкноты в карман.
— Что, и на себя не поставишь даже? — подколол меня Митя.
— Поставил бы, но меня с соревнований сняли, — пояснил я и повернулся к площадке, от которой доносилось слаженное скандирование: «Маша! Маша! Маша!»
Честно говоря, победе Маши Медник я как-то даже особо не удивился. Она и при блокировке способностей очень уверенно действовала, и на тренировочных боях не тушевалась. Чем дольше я за ней наблюдал, тем сильнее крепло убеждение, что красотку кто-то натаскивает в частном порядке. Вполне возможно, тот самый покровитель, о наличии которого подозревал Василь.
Тут через толпу ко мне протолкался Карл, и я спешно выставил перед собой руки.
— Тише-тише-тише!
Уже собиравшийся облапить меня Карл ограничился рукопожатием, подошли Ян с Колей, ещё какие-то полузнакомые люди из компании.
— Ну ты дал! Это было что-то! — заявил Карл, заметил повязку на плече и спросил: — Сильно зацепило?
— Ерунда, — отмахнулся я.
— А я на тебе двадцатку выиграл! — похвастался Николай.
— Да, Петя! — закивал Ян. — Давай рассказывай, на кого ставить нужно!
— Угомонитесь вы! — оборвал приятелей Карл. — Пьер, объясни лучше, почему ваш бой до двух побед был, а следующий — только до одной. И что за фокус с последним искровым разрядом?
Так я со студентами до самого конца соревнований и общался. В перерывах между боями мы обсуждали задействованные приёмы и техники, и хоть не все мои советы по ставкам сыграли, по итогам первого круга компания Карла осталась в плюсе, а