Негр Артур Иванович стр. 201
Роман! Нет, меня только сумасшедшей можно назвать: добровольно иду в рабство. Может, мне передумать и сбежать от тебя?
– Я тебе передумаю!
– Но я не хочу в Индию. Надолго?
– На два года. Пока на два, а там посмотрим. Даша, не шуми. Будет так, как я сказал. Помнишь, ты говорила, что жила чужую жизнь? Она не удалась, потому что была чужая. Живи теперь свою, а в ней придется заново учиться, многое осваивать, переосмысливать,
а главное – перечеркнуть прошлое. И ты должна делать это сама, я могу лишь помочь.
– Я постараюсь, – вздохнула Даша, но тут же всплеснула руками: – Надо же, в Индию! К кобрам и крокодилам!
У моих приятелей сын с удивительно темной кожей, жесткими черными волосами и огромными черными глазами, он полная противоположность родителям. Однако в лице его легко обнаруживаются черты и матери и отца. Когда припекает солнце, он становится похож на мулата, да и клички у юноши – Цыган и Мулат.Родители, конечно, в недоумении: откуда он такой? Я прочла им рассказы о Ганнибале и высказала в шутливой форме предположение – а вдруг их сын потомок того самого Ганнибала и... к примеру, Асечки Ивановны? Или его далекий предок – Алешка, тот самый Алешка, которого Уткин привез в подарок царю Петру вместе с Ибрагимом, именуемым позже Абрамом Ганнибалом. Два брата, но один известен, оставил после себя память, а мы его знаем еще и как прадеда великого русского поэта Пушкина. Второй затерялся на просторах России, но он же был.– Все может быть, – сказала мама.– Жаль, мы не знаем родственников до седьмого колена, – вздохнул папа.Эх, если бы знать!..Если бы знать...Почему не в ресторане? Шумно потому что, да и Артур с Дашей не хотели всяких там пышностей с танцами и громким оркестром, решили устроить скромный ужин дома. Но родители возразили: а друзья? Даша все равно отказалась от ресторана. Родители предложили отметить бракосочетание у них в кругу родственников и близких друзей, если молодожены не желают праздновать такое прекрасное событие. Подготовку мама взяла на себя. Таким образом, народу все равно собралось человек двадцать с небольшим, а площадь у родителей позволяла принять такое количество гостей и не ущемлять каждого теснотой. Заодно это был и прощальный вечер, вскоре Артур и Даша уезжали. Бедная Дуська рвала и метала, захлебывалась от злости лаем, Катя закрыла ее в своей комнате, а собака настойчиво скреблась в дверь. Едва сели за стол...
– Даша, тебя к телефону, – сообщила из прихожей Алла Константиновна, она была необыкновенно счастлива и даже помолодела.
– Меня?! – немало удивилась Даша, проходя в прихожую. – Слушаю.
– Даша, я поздравляю тебя... Марина! Опять! И здесь отыскала! Уж сегодня слышать контральто бывшей подруги нет никакой охоты. Марина звонила каждый день то трезвая, то пьяная и всякий раз слезно просила прощения. Прикрыв дверь в гостиную, Даша заговорила тихо:
– Прошу тебя, не звони больше. Это невыносимо.
– Даша, мне так плохо... так плохо... Никого рядом, я одна...
– У тебя есть двое детей, – зло сказала Даша. – Занимайся ими, а меня оставь наконец в покое!
– Дашка, если бы ты знала... Прости меня, Даша...
– Хорошо, прощаю, коль ты хочешь это