Неподведенные итоги стр. 352
а мы и есть те самые пылинки, — неумолимо тащит страны, нации, события, судьбы к новому рубежу — двадцать первому веку.
Конечно, граница столетий — дата условная, ибо время непрерывно, и многое из того, что случится в будущем, зачато в нашем веке, в нашем времени.
Итак, двадцатый век на исходе. Окинем его беглым взглядом, подведем предварительные и, естественно, приблизительные итоги.
Век пронесся над планетой, как смерч, ибо породил неслыханные прежде скорости. Он оказался самым стремительным в прогрессе науки и техники, но и, пожалуй, самым результативным по жестокости и насилию, самым масштабным по числу человеческих жертв. Если вспомнить череду дат и событий двадцатого столетия, то выяснится, что История перемешала великое и ничтожное, благородное и преступное, вершины человеческого духа и пропасти человеческого падения. Но низкого, кровавого, подлого, свирепого, немилосердного, гнусного, мучительного оказалось в жизни народов неизмеримо больше. Наш век — это эпоха апокалипсических катастроф: народных бедствий, разгула стихий, опустошающих войн, безжалостных революций, глобального голода, ужасающей нищеты, бессмысленного террора, жестокости и вандализма.
То, что открывала наука, использовалось во зло жизни. В первую мировую войну на людях «попробовали» достижения не только авиации, но и химии. Потом ученые расщепили атом, и это обернулось бомбардировкой Хиросимы в сорок пятом, а позже бедой и несчастьем Чернобыля.
Попробуем
припомнить лишь некоторые события, приведшие к особенно крупным потерям.
Первая мировая война и предшествующие ей англо-бурская и русско-японская; три русские революции и четырехлетняя гражданская война в России; массовая резня армян турками; голод в Поволжье в 1921 году; великая депрессия в Америке совпала с войной советского правительства против собственного крестьянства; «варфоломеевские ночи» гитлеризма; еще один скрытый, тайный, необъявленный голод в нашей стране, унесший в 1932–33 годах миллионы жизней; военная агрессия немецких и итальянских фашистов против Абиссинии и Испании; неслыханная расправа сталинской клики со своим народом в конце тридцатых; порабощение Чехословакии, Польши, Франции гитлеровцами; позорная русско-финская война; поставленное на конвейер уничтожение евреев Гитлером и его подручными; наконец, вторая мировая война, превзошедшая по числу убитых и изувеченных физически и нравственно, по количеству разрушений все предшествующие бойни; а так называемые «малые» столкновения, войны, конфликты — в Корее, во Вьетнаме, в Афганистане, в Венгрии в 1956 году, между Израилем и арабскими странами, между Ираном и Ираком, между Грузией и Абхазией, между Арменией и Азербайджаном, между Россией и Чечней; вспомним «Бурю в пустыне» — операцию по освобождению Кувейта или братоубийственные сражения в Югославии; прибавим нескончаемые стихийные бедствия — наводнения, ураганы, цунами, землетрясения, такие, как в Армении и Японии; прибавим постоянные нищету и голод в Азии и Африке; прибавим нескончаемые страдания Эфиопии, Ливана, Ольстера. Каждый день человеческое безумие и яростная нетерпимость приносят многочисленные жертвы «веку-волкодаву» по пророческому выражению Осипа Мандельштама.
Во главе каждого исторического круговорота стоят люди, лидеры. Если назвать гигантов нашего столетия, тех, кто определил крупные сдвиги времени, то среди них окажутся и гении добра, и гении зла. Тут и Толстой, и Ленин, и Эйнштейн, и Ганди, и Гитлер, и Рузвельт, и Сталин, и Мао Цзэдун, и Чаплин, и Сахаров, и Пастернак, и Черчилль, и Дисней, и де Голль, и Солженицын, и Жуков, и Кастро, и Феллини, и Горбачев, и Хемингуэй, и Шостакович...
Но особо следует сказать