Библиотека

Непоседа, Мякиш и Нетак стр. 266

Размер шрифта
-
+
Тема

обратилась к острову:

— Внимание, спрашиваю! Отвечай, кто еще кроме нас, находится на борту?

За сеткой репродуктора послышалось шипение, затем знакомое хихиканье, и остров ответил: «Я — мышка-норушка, я — лягушка-квакушка, а ты кто?»

Девочка удивленно посмотрела на Петю и сурово сказала острову:

— Вопросы задаю я, а не ты. Отвечай!

И остров ответил: «Я, Петя Малин… Мамин-Папин, ученик четвертого „А“ класса… Тетрадь по русскому правописанию точка…»

Петя и друзья незаметно перемигнулись. Они-то знали, что остров прочитал эти слова с обложки Петиной тетради, но девочке ничего не сказали.

— Что происходит у тебя внутри? Сейчас же произведи саморемонт! — взволнованно приказала девочка и заплакала. — Приедет папа, что я ему скажу… Что скажу?

И тогда остров тоже заплакал и сказал: «Не плачь Таня не плачь точка приступаю к саморемонту точка…»

Замелькали цветные лампочки, задергались стрелки приборов, внутри острова поднялась целая буря. Казалось, все его колеса и рычаги гнались за кем-то неуловимым. Слышались и топот и поскрипывание — словом, целая революция происходила в его металлическом брюхе. Наконец из всех репродукторов послышался вздох облегчения, с треском распахнулись дверцы, и на лотке со свистом выехал Непоседа. Кулачки его были свирепо сжаты, глазенки сверкали, и все пружинки дрожали от напряжения. Видно, он выдержал нелегкую борьбу и, пожалуй, чудом уцелел. Но первое, что он выкрикнул, появившись на свет, — это были слова:

— Ух и задал же я ему перцу, Петя!..

1714980685_6638874d84284.webp

Но вместо похвалы и благодарности на него со всех сторон зашикали друзья:

— Ш-ш-ш! Ш-ш-ш!..

А Петя даже попытался заслонить его спиной.

Но зря. Девочка-то была хитрая. От ее глаз ничего не ускользало.

— Бессовестные! — закричала она и затопала ногами. — Как вы смели пустить в приборы этого железного чертика?! Это вам так не пройдет! Я все расскажу папе! Вот увидите! — И хотя голос у нее был очень сердитым, слезы градом катились из ее глаз. Впрочем, она имела на это немножечко права: ведь она была девочкой.

Скоро на ее лице появились фиолетовые пятна и полосы. Но это было понятно. Ведь она вела бортовой дневник — писала.

И вот с помощью слез чернила с ее пальцев перешли на щеки и нос. Именно теперь наши путешественники окончательно убедились, что она обыкновенная девочка, такая, как и все школьницы ее возраста, и поэтому можно было переходить к перемирию.

Однако все произошло не так просто.

Глава двадцатая, в которой остров возвращает Пете учебники и тетради и в которой происходит прощание с хозяйкой острова

Петя уже собрался выслать парламентеров для перемирия, но маленькая хозяйка подняла руку и, внимательно оглядев весь остров, тоном следователя спросила:

— Признавайтесь, что еще вы забросили в аппаратуру?

Петя и человечки переглянулись. Всем было ясно, что обманывать нет смысла — остров все равно выдал бы их. И Петя, запинаясь на каждом слове, промолвил:

— Там… то есть у него… мои… эти… как их… ну, учебники и тетради… там…

— Ах, так вот кто это, Петя Мамин-Папин? — догадалась девочка, припомнив слова острова. — Ученик четвертого «А» класса, так?

— Да, Пети Малина, — робко поправил Петя.

— Это не имеет значения, Папина или Малина… А зачем они там? продолжала следствие хозяйка острова.

И тут Петя не выдержал и соврал:

— Они там су…

сушатся…

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.