Неспешиты стр. 30
с вами постоянно будет поддерживаться связь, и за вашей спиной всегда будет сила и мощь Земли. Высказывайтесь громче! Первый вызвавшийся получает это место.
Все молчали.
Лейф посмотрел на свои часы.
- Я даю вам два часа, чтобы все обдумать. После этого нас как будто сдует отсюда. Любой претендент найдет меня в моей рубке.
В час "Ноль" "Громовержец" включил свои огнедышащие двигатели и беспрепятственно покинул Планету Вечности, так и не оставив в этом мире своего представителя. Но когда-нибудь такой здесь непременно появится. Когда-нибудь какой-то добровольный отшельник поселится здесь навечно. Среди людей Земли всегда найдется чудак или мученик.
Но время еще не пришло.
На Планету Вечности время еще не пришло.
Бледно-розовая планета, на которой располагался Штаб Четвертого Сектора, выросла уже в большой диск, когда Пэскью все-таки счел нужным обратить внимание на задумчивое состояние Лейфа.
- Уже прошло семь недель, а вы все никак не можете отключиться от этого. Можно подумать, что вам ужасно не хотелось покидать это дрянное место. Что с вами?
- Я же говорил вам. У меня дурное предчувствие. Не могу не думать о них.
- Но это же нелогично, - не выдержал Пэскью. - По общему заключению мы никогда не сможем справиться с этими еле передвигающимися ползунами. Ну и
что из этого? Нам нужно оставить их в покое и забыть, вот и все.
- Мы можем оставить их в покое, как вы выразились. Но нельзя просто так о них забыть. В них есть что-то особенное, что мне не нравится.
- Объясните поточнее, - предложил Пэскью.
- Хорошо, я объясню. На Земле происходили десятки крупных войн. Некоторые были вызваны алчностью, личными амбициями, страхом, завистью, желанием спасти репутацию или скрыть абсолютную тупость. Но были и такие, которые возникали из чистого альтруизма.
Пэскью вопросительно хмыкнул.
- Причиной некоторых, - упрямо продолжал Лейф, - стал тот неприятный факт, что дорога в ад вымощена благими намерениями. Большие, стремительно развивавшиеся государства стремились тянуть за собой маленькие, с медленным темпом развития, высокомерно волоча их на привязи. Иногда последние не успевали за первыми и, возмущенные таким принуждением, открывали пальбу, защищая свое право никуда не торопиться. Понимаете, к чему я веду?
- Я понимаю, что вы читаете нам урок, но не вижу его цели, - сказал Пэскью. - Неспешиты не смогут убить и хромого пса. Кроме того, их никто никуда не гонит.
- Я говорил совершенно не об этом.
- Но тогда о чем?
- Мы на Земле никогда должным образом не представляли себе эту проблему, иначе она не становилась бы причиной стольких войн.
- И что же это за проблема?
- Проблема темпов, - ответил Лейф. - Раньше она не принимала для нас таких размеров, чтобы мы могли понять всю ее важность. Разница между быстрым и медленным всегда была слишком незначительной. - Он указал в иллюминатор на россыпи звезд, мерцавших во тьме мириадами искрящихся крупинок. - Но теперь мы знаем, что там эта разница достигла огромных масштабов. Мы знаем, что среди бесчисленных вечных проблем космоса появилась еще одна - увеличенная до страшных размеров проблема темпов. Пэскью обдумывал услышанное.
- Я согласен с вами и не могу спорить,