Неучтённый фактор стр. 36
дня на день ожидаем ультиматума. Вы только что согласились на войну с ними. — Впервые Гарри–Том увидел, как в тёмно–карих глазах Рудольфуса заплясали искорки веселья. Лестрейндж вдруг заговорщицки подмигнул и, откинув голову, рассмеялся. За столом вновь повисла тишина.
— Прошу прощения, милорд, — непринуждённо извинился он, вытирая глаза, — но до меня только что дошла ваша шутка. Война с вейлами! Очень остроумно!
Тут Гарри–Том со всей отчётливостью осознал, за что так ценил Рудольфуса прежний Волдеморт. Он снисходительно скривил подрагивающие губы в кривой улыбке. Мол, что с вас, тугодумов, взять? Облегчение соратников было почти ощутимым. Под угодливое хихиканье Тёмный Лорд хлебнул из своей чашки. Напряжение медленно отпускало.
— Какие новости от послов к вейлам? — деловито спросил он, надеясь, что на этот раз не попадёт впросак.
— Связь с послами утеряна, милорд, — с готовностью отрапортовал Эйвери. — Скорее всего, они мертвы.
Но послы оказались живы и здоровы, в чём он вскоре убедился.
Они походили на двух обнищавших бродячих рыцарей, только что выбравшихся из очередной заварушки. Стальной шлем то и дело сползал Гойлу на глаза. Он меланхолично сдвигал его на затылок закованной в броню перчаткой. В многочисленных прорехах чёрного плаща тускло поблёскивала кольчуга. Судя по выпуклостям, у Крэбба под обтрёпанной мантией была настоящая кираса, а испанский рыцарский шлем украшали многочисленные царапины. Господа послы переминались с ноги на ногу, гремели железом, сопели, но нарушить повисшее тяжёлое молчание не смели.
— Итак… — наконец произнёс Волдеморт, с трудом разомкнув стиснутые зубы.
— Вернулись вот, милорд, — исчерпывающе выдал Гойл.
Крэбб солидно кивнул, подтверждая слова товарища. При общении с этими двумя Гарри–Тома не покидало стойкое ощущение, что они над ним издеваются. И хотя эмоции их ясно говорили о страхе и глубочайшем почтении, избавиться от неприятного чувства Тёмный Лорд никак не мог.
— И каковы ваши успехи? — сосчитав до десяти, вкрадчиво спросил он, поигрывая волшебной палочкой.
— Хороши наши успехи, милорд, — довольно осклабился Гойл. — Бабы белобрысые таки не смогли нас убить!
— Не смогли, — закивал Крэбб. — Хоть и гнались до самого берега, но не поймали. Куда им?
— Но с мётел сбили, — погрустнел Гойл.
— А вода холодная, — вздохнул Крэбб.
— Зато мы теперь послами к русалидам можем — плавать‑то уже умеем, — порадовал повелителя Гойл.
— И рыбу кулаками глушить, и жарить её на камнях, — прищурился от удовольствия Крэбб.
— Можем и сырую рыбёшку есть, ежели камней подходящих нет, — пустился в рассуждения Гойл. — Рыбка всякая хороша!
— Так! Почему вейлы за вами гнались?! — рявкнул Волдеморт, потеряв всякое терпение.
— Да кто их поймёт, милорд? — грустно ответил Гойл. — Ходят в перьях, крыльми машут, что с них взять? Они ж все на одно лицо: смазливые, вертлявые, волосы длинные… Прижал тут одну бойкую в уголке, потискал, приласкал — а оказался мужик.
— Никак не разобрать, — согласился Крэбб, потирая подсохшие царапины на щеке. — Только потом уж, после дела и сообразишь…
— Вот и приходится железо на себе носить, — поделился наболевшим Гойл. — Ежели клеваться налетят, так сталь‑то не прокусят! А от огненных