Неудержимый. Книга III стр. 10
отморозков, которая отправилась за мной погибла, особняк, наполненный бандитами, сгорел до тла, а все, пленники оказались на свободе и сейчас дают показания. Можно, конечно, списать это на разборки родов, но как долго это продлится?
(В то же время. В одном из элитных особняков в центре города-крепости Красноярск)
Барон Зайцев, по кличке Косой, стоял на коленях перед креслом с пожилым мужчиной, который смотрел на него спокойным взглядом и покуривал дорогую сигару. Его удерживали два охранника в максимально неудобной позе, чтобы голова была как можно ниже к полу. Так, хозяин особняка напоминал ему, кто он есть на самом деле и где его место.
Рядом с ним стоял в такой же позе его личный помощник, который отвечал за доставку Меншиковых своей головой.
— Куски вонючего дерьма, — спокойным и ровным голосом произнёс пожилой мужчина, — С какой стати, вы решили, что имеете право меня подводить?
Это был риторический вопрос. Он кивнул охране, и та сразу же принялась обхаживать обоих ногами и руками. Они пытались защищаться, ёрзая по полу, но это мало чем помогало, в охране у этого господина работали бывшие военные, так что они прекрасно знали куда и как бить. Поэтому все удары проходили точно в цель.
— Я попросил вас исполнить всего лишь одну маленькую просьбу, доставить ко мне Меншиковых, — продолжил он, — И что в итоге я получил? Мой город охватили пожары. Уважаемые люди пострадали, Граф Никифоров обрывает мой телефон, с требованием наказать всех причастных. А Меншиковы по-прежнему разгуливают на свободе.
Он кивнул, и охрана тут же прекратила избиение, заломав обоим руки и выставив в первоначальную позу.
— И ладно ещё этот отброс, — мужчина посмотрел на Косого с усмешкой, — Барон Зайцев, бл@#$! Тьфу! Но ты, Коля. От тебя я такого дилетантского подхода к делу не ожидал. Сколько ты о нём мне рассказывал сказок? Сколько лапши успел на уши навешать? Перспективный? Матёрый? Это ведь твои слова? И что мне теперь с вами прикажешь делать?
На этот раз он обращался к своему помощнику. Один из охранников подошёл к нему и схватив его за волосы, приподнял голову так, чтобы его окровавленное лицо стало хорошо видно хозяину.
— Расскажи мне Коля, — он затянулся сигарой, — Расскажи, почему я не должен сдержать своё слово и не прикончить тебя здесь и сейчас?
— Никто не знал, что на особняк нападут, — пробормотал он поникшим голосом.
— Коля, ты дурной? Это же Меншиковы, а не хрен собачий, чего ты не знал? — возмутился пожилой мужчина, — Что их будут искать? А когда найдут, попытаются освободить? Сказки свои будешь рассказывать проституткам, с которыми покувыркался сегодня весь день! — вскрикнул он, ударив по подлокотнику кресла кулаком.
Николай попытался вырваться из захвата, ведь он весь день провёл со своей семьёй, любящей женой и дочкой. Но охране удалось его сдержать, после чего начались воспитательные процедуры, чтобы не рыпался.
— Ой, прости, я, наверное, что-то напутал, это были не проститутки, но какая теперь разница? Верно? — мужчина ухмыльнулся.
— Подонок! — помощник из последних сил попытался вырваться, — Я убью тебя!
— Отпустите нашего гостя, — вдоволь насладившись зрелищем отчаявшегося и уже бывшего помощника, он приказал охране, — Пусть закончит этот скулёж.
Помощник даже не успел ничего осознать, Косой свернул ему шею за одну секунду и тут же присел на одно колено в глубоком поклоне. Он прекрасно всё уяснил и понимал, что сейчас решалась его судьба. Ведь это он ещё полчаса назад развлекался с дамами легкого поведения, предполагая, что всё идёт как надо. Ошибался. Всю банду перебили, никто не вырвался живым из особняка. Но как такое могло случиться?
Он ничего не знал. Его фактически вытащили из кровати и натянув мешок на голову, приволокли сюда. А источником его информации оказались два охранника, которые разговаривали между собой по дороге.
— Ну что, Косой, остался только ты, — мужчина внимательно на него и затушил сигару, — Как видишь, мой помощник не справился с поставленной задачей. По-хорошему, я и тебя должен наказать, но кто-то должен закончить начатое, верно?
Косой поклонился чуть ли не до самого пола, если бы ему