Неужели это я? стр. 241
картину, тем символичнее она ей казалась. Именно таким ей и виделся двадцатый век, ополчившийся на все человеческие ценности. Именно так и должен выстаивать каждый. Она наклонилась и прочитала: Мишель Пелетье. Имя художника ничего ей не сказало, но картина понравилась. Очень.
Привлекла ее внимание и другая работа. Санди стала вглядываться в живую, мерцающую, перламутрово-молочную пену. И чем пристальнее вглядывалась, тем явственнее различала выступающее из нее лицо — чудесное, одухотворенное, с широко расставленными серыми глазами. Глазами, внутри которых будто мерцали темно-синие лучистые звезды. Все было зыбким в этой картине, она могла быть морем, отражающим закатное небо и какой-то небесный лик, могла быть небом, затянутым закатными облаками, сквозь которые уже проглядывают звезды, и только человеческая фантазия различит в этих звездах глаза. Могла быть портретом. Или отражением портрета.
Несомненно одно: это была стихия, рождающая гармонию, а гармонией было прекрасное, едва уловимое женское лицо.
Санди смотрела — и будто растворялась в этом море, в этом небе. Смотрела — и все более знакомым казалось ей женское лицо. И вдруг невероятная догадка затрепетала в ее голове.
Неужели это я? Неужели? Нет, я, наверное, схожу с ума...
Она наклонилась и прочитала: Поль Кремер.
Санди показалось, что у нее перед глазами вспыхнуло ослепительное солнце, и почему-то от его невероятного сияния стало больно дышать.
— Поль! — невольно воскликнула Санди.
— Что, родная? — услышала она и оглянулась. Поль с виноватым видом стоял у нее за спиной.
— Ты! Ты! — Она не знала, что сказать, волны восторга и гнева бились в ней.
— Пойдем, здесь нам не дадут поговорить. — И он повел ее к выходу, обнимая за плечи.
— Почему ты мне ничего не сказал? Почему о твоей картине я должна узнавать от Элен? — негодовала Санди, как только они уселись на первую же скамейку.
— Я не успел! Понимаешь, я ничего не успел! — Это был крик души. — Я хотел выиграть конкурс, хотел приехать к тебе и сказать: «Фея Мелисанда, в качестве свадебного подарка я дарю вам весь мир!». И мы бы отправились в кругосветное путешествие. И я мог бы его выиграть, потому что, ты же видишь, картину все равно взяли, хоть я нарушил все сроки, хоть я никуда не успел... У меня была бы слава, деньги, я попросил бы твоей руки... А так... Понимаешь, я представлял себе белую яхту...
Санди слушала, и от набежавших слез ее прекрасные серые глаза казались настоящими звездами.
— Поль, очнись, — ласково сказала она, — посмотри, пожалуйста, на меня.
Он
послушно умолк и стал смотреть на Санди.
— Слушай меня внимательно, Поль Кремер, художник и чудодей! Я, Мелисанда Тампл, фея, волшебница и ворожея, предлагаю тебе руку, сердце и родную Шотландию в подарок к нашей свадьбе! И только попробуй отказаться!
Поль наклонился и прильнул к ее губам. Потом он поцеловал лоб, глаза, щеки, подбородок, словно проверяя, все ли на месте, и со счастливым вздохом облегчения крепко обнял Санди.
— Кажется, я заработался и замечтался, да? А действительность — она же гораздо лучше! Я очень рад, что конкурс выиграл Мишель. Он отправляется в кругосветное путешествие, так что через две недели моя мастерская