Невеста двух императоров (Дагмар-Мария Федоровна, Николай Александрович и Александр III) стр. 8
Но я смотрю на вещи так и считаю, что должна Вам об этом честно сказать».
Одновременно с этим письмом Дагмар отправила цесаревичу Александру фотографию Никса и записку:
«Посылаю Вам обещанный портрет нашего любимого усопшего, прошу Вас сохранить ко мне Ваши дружеские чувства. Пусть воспоминания о нем хотя бы иногда станут нас объединять. Ваша любящая сестра и подруга Дагмар».
Чего она ждала, какого ответа, какого шага?
Об этом знала только она… которая дождалась лишь коротенького любезного ответа. И больше ничего довольно долго. И тогда Дагмар подумала, что не было, наверное, никакого знака Провидения в том, что они с Александром сидели у постели умирающего Никса. Значит, он все-таки не соединял их, а разделял.
* * *Mинул год. За это время изменилось только то, что Дагмар однажды послала Александру свою фотографию, а он едва собрался ответить и поблагодарить. Как ни была неопытна Дагмар, она не могла не понять: Александр к ней равнодушен, и мало этого – его сердце занято другой. При королевских дворах всегда в курсе матримониальных планов принцев и принцесс, и в Дании знали: наследнику русского престола пока еще не ищут невесты. К тому же в письмах императора не гаснет интерес к Дагмар и его желание видеть ее в своей семье. Младший великий князь Алексей завершил строительство небольшой яхты, которую назвал «Дагмар». По всему выходило, что семья русского государя любит датскую принцессу и ждет ее. Но что же тогда происходит с Александром?!
Вскоре стало известно, что в одной из французских газет появилась скандальная статья, где говорилось, что наследник русского престола отказывается от женитьбы на датской принцессе, так как увлечен некоей княжной Мещерской, с которой намерен вступить в морганатический брак. Эта статья была перепечатана датскими газетами, и семья короля Христиана получила изрядный шок.
В этой ситуации достойнее всего вела себя Дагмар. Холодно и спокойно. Только приподняла брови – и уединилась в своих комнатах, не выражая ни печали, ни огорчения, ни смущения. Чудилось, ей совершенно все равно.
Однако ее отцу не было все равно. Король написал в Петербург и спросил, правда ли все это.
Император вызвал сына и в свою очередь задал этот же вопрос. Александр сперва молчал, потом сказал, что в Данию ехать не может и жениться не хочет.
– Отчего же? – спросил император, силясь говорить спокойно. – Что тебе мешает? Уж не любовь ли к Мещерской?
Сын промолчал. Отец перенес беседу на завтра и попросил его хорошенько все обдумать.
Император выглядел невозмутимым. Но, глядя вслед уходящему цесаревичу, с невольным раскаянием подумал, что отчасти сам виноват, что ситуация зашла так далеко. Но кто мог ждать от этого увальня Маки…
Его увлечение фрейлиной императрицы Мари Мещерской было замечено родителями давно. Но кто не увлекался в юности? Кто не влюблялся? «Увалень Мака» всегда опаздывал – опоздал он и с первой любовью. В двадцать лет впервые потерять голову от женщины… Смешно. Он и выглядел смешным, почти водевильным персонажем: высоченный неповоротливый красавец, который пытался увиваться вокруг тоненькой, юркой и хитренькой особы. Даже не очень хорошенькой!
Да, княжна Мещерская не блистала красотой. Однако она была довольно пикантная крошка и при этом очень умная – безусловно редкое сочетание при