Невеста Соболя стр. 144
время сомневаюсь стоит ли скрепить волосы траурным платком, но всё же реашаю этого не делать. Вся эта внешняя атрибутика всегда меня раздражала. Траур в сердце в любом случае отражается на лице и в глазах. Его не нужно никому лишний раз демонстрировать.
Паша ждёт меня в машине внизу. Я как обычно медлю.
С самой смерти родителей посещение кладбища стало для меня мучением. Слишком больно смотреть на могилы тех, кто уже никогда не вернётся.
Но сегодня я должна…
Взяв заранее купленные цветы с комода и ключи, я выхожу из квартиры, запираю дверь и спускаюсь вниз по лестнице.
Холодно. Снега здесь пока немного — не так, как было в Териберке, и всё же белое покрывало уже начало устилать улицы города. Странно, но теперь я без конца сравниваю городскую природу с красотами северного края. Например, там снег всегда был чистый и пушистый, воздушный какой-то, а здесь он чаще всего смешан с грязью. Наверное, это естественно — сравнивать? Ведь там, на краю мира, мы со Славой были так счастливы…
— Готова? Едем? — хмуро спрашивает Пашка, когда, потерев ладони, я забираюсь в салон и кладу цветы на заднее сидение.
— Едем, — киваю, поджав губы.
Когда в последний раз я видела улыбку на Пашином лице? Кажется, он становится всё мрачнее и мрачнее день ото дня.
И сегодня ему тяжело не меньше, чем мне.
На кладбище как всегда стоит сильный ветер и сметает снег с надгробий. Выйдя из машины, мы с братом неторопливо идём вперёд, взявшись за руки. Когда доходим до нужного места, останавливаемся и по очереди опускаем на могилу цветы.
— Спасибо тебе, — шепчет Паша, глядя на фотографию на памятнике.
Это очень больно — благодарить того, кто отдал за тебя жизнь. И я не могу сказать вслух слова благодарности.
По телу пробегает дрожь то ли от холодного ветра, то ли от горечи, заполнившей душу. А потом я резко дёргаюсь, потому что мне на плечи ложатся чьи-то руки и сдавливают.
Я знаю, кому эти руки принадлежат. Сразу чувствую. И мне не нужно оборачиваться, чтобы убедиться, поэтому я просто откидываюсь назад, позволяя заключить себя в тёплые родные объятия.
— Я думала, ты не успеешь приехать.
— Ну, я же обещал, Сань.
Слава. Мой любимый человек. Самый родной. Лучший. Единственный.
Что мы пережили с тобой, и как я счастлива, что не потеряла тебя — не смогут описать ни одни слова в мире. Я никогда не теряла надежду. Даже когда все готовы были смириться с тем, что ты уже не очнёшься, я верила.
Наверное эта вера, надежда и наша любовь помогли вернуть тебя к жизни. Без тебя я бы погибла. Небо сжалилось надо мной.
Слава отодвигает меня в сторону и тоже кладёт на могилу цветы.
— Хороший был друг. И настоящий мент.
Паша кивает, соглашаясь.
— Все они были отличные ребята.
Ровно сорок дней прошло с момента похорон тех, кто погиб на деле Решетова. Многие из них прикрывали моего брата. Я не могла не прийти, хотя Паша и не настаивал. Увидев собственными глазами, на что способен этот ублюдок, я не перестаю удивляться смелости и отваге этих мужчин, которые