Невидимая сторона стр. 220
помощью гоблинских малефиков сейчас вообще не рассматривается.
Глава 6То, что происходило дальше, можно назвать только одним словом: цирк. Причем цирк с конями и фокусниками. Иваныч кому-то позвонил, и через пять минут мы оба имели удовольствие наблюдать цирковое представление в исполнении силача-иллюзиониста ора Бенедиктуса. Напарник инспектора вошел в допросную с здоровенным чемоданом, затем, не обращая внимание на мычание задергавшегося китайца, воткнул ему в шею шприц. После этого сложил обмякшего бедолагу как раскладной стульчик и сунул в чемодан. Я наблюдал за всем этим с удивлением и восхищением перед мощью Бени. Он поднял чемодан так, словно там ничего кроме пары трусов не было, и спокойно вышел из допросной.
Когда мы с Иванычем немного попетляли по коридорам жандармерии, явно отвлекая на себя всеобщее внимание, и наконец-то добрались до магокара, Бенедиктус уже сидел за рулем со скучающим видом. Казалось, будто он никуда и не выходил.
Перелет до моего дома был стремительным, так что я даже не успел нафантазировать себе, чем может закончиться такой фортель. Я ведь по сути являюсь соучастником похищения подозреваемого и, может быть, еще стану в лучшем случае свидетелем грубейшего превышения служебных полномочий в исполнении этой до предела шизанутой парочки. Впрочем, сомнения если и мелькали в голове, то быстро вылетели, как Фа, в форточку. Этого урода сам готов был резать на куски, чтобы узнать, куда они дели Женьку.
Оказавшись у моего дома, мы все вчетвером быстро перебрались внутрь — кто своими ногами, а кто и транспортируемый в позе эмбриона. Когда я первым шагнул в гостиную, в голове всплыли слова Гюрзы о загрязнении нехорошими эманациями, так что тут же полез в карман за одолженным прибором и включил его. К моему удивлению, машинка показала, что все в доме хорошо. Либо эта штука сломалась, либо ангел успел все почистить. А может, и сработали защитные руны Бисквита. Он вроде говорил о чем-то подобном.
Как и в прошлый раз, я попросил Беню переложить содержимое чемодана на барную стойку. Такими темпами она у меня переквалифицируется в медицинскую кушетку или вообще операционный стол.
— Может, разбудить его? — спросил гоблин, все время сверлящий взглядом висящую на стене картину.
И эти взгляды мне совершенно не нравились.
— Нет, необязательно, — ответил я, заходя за барную стойку.
Увы, в этот раз ангел не отреагировал так же оперативно, как на Дверга. Пришлось запускать свой дар и прикасаться к холсту в попытке наладить контакт с поселившейся там сущностью. Отклик был слабым, и мне даже показалось, что ангел не хочет покидать свое убежище. Я так толком и не понял, что именно
помогло — мои мысленные просьбы на грани мольбы или же все-таки сработала нетерпимость созданной из энергии творения сущности к той дряни, что поселилась в башке китайца. Неприятно прозрачный и тусклый ангел все же появился рядом с барной стойкой и, распахнув крылья, прикоснулся к голове спящего человека, а затем… растаял.
Вместо того, чтобы проверять, удалось ли вычистить всю мерзость из головы китайца, я кинулся к картине и едва ли не прижался к ней лбом. Отклик был, но очень слабый. Нахлынувшее облегчение тут же вытеснило раздражение, но сразу же пришло понимание, что злиться-то не на кого — сам согласился и сам теперь