Библиотека

Невидимая сторона стр. 295

Размер шрифта
-
+
Тема

лишь насладившись зрелищем распада проклятия, расползшегося как гнилая дерюга после вспышки светлячка. Увы, мой сиятельный товарищ тут же превратился в крохотную искорку, безвольно поплывшую в синеве силового поля. И это так разозлило меня, что я, позабыв все страхи, выхватил из ременной петли револьвер и, отодвинув в сторону щит, начал палить в нарядно разодетого гоблина. Этот урод нацепил на себя белоснежное то ли пончо, то ли тунику и красовался в антропоморфной трансформации. Он, как и китайский ситх, тоже удивился такому вот выверту судьбы, но, в отличие от своего ученика, не стал разевать варежку, а тут же замахал руками. В результате мои пули не причинили ему ни малейшего вреда. Когда барабан револьвера опустел, я тут же прикрылся щитом, но без помощи светлячка уже не смог увидеть, что именно сейчас плетет малефик. Вряд ли что-то безобидное. Похоже, на этом все — допрыгались мы с Иванычем.

Казалось, что гоблин решил напоследок оценить мою запредельную доблесть и отвесить издевательский поклон. Но кланялся он как-то странно: одной головой, причем чем дальше, тем менее естественно все это выглядело. Неестественность поклона достигла предела, когда его башка просто упала вниз. После небольшой паузы безголовое тело гоблина тоже рухнуло вперед, открывая мне шикарное зрелище стоящего враскорячку Иваныча с его жутковатой косой в руке. Похоже, не только я не успел понять, когда и куда свинтил из-за моей спины инспектор. Для потерявшего голову в прямом смысле этого слова малефика передвижения Секатора тоже оказались сюрпризом. Впрочем, ничего удивительного: как умеет скакать по стенам специальный инспектор женевской жандармерии, я уже видел.

Иваныч с вызвавшим у меня дрожь хрустом перешел в антропоморфное положение и с явным наслаждением повел плечами. Затем он что-то достал из своего балахона, и возомнившие себя стробоскопом лампы снова начали работать нормально. Так вот, оказывается, кто устроил всю эту светомузыку для жуткой дискотеки.

Гоблин небрежно перешагнул через тело сородича и подошел ко мне. В этом состоянии его балахон выглядел нелепо — как какая-то распашонка.

— Неплохо у нас получилось.

— У нас? — вполне искренне удивился я.

— Да, — спокойно и, кажется, даже без издевки сказал гоблин. — Не разозли ты его так сильно, он не упустил бы меня из виду. Всегда знал, что твой главный дар — это бесить разумных.

— Вот щас прям покраснею от такой похвалы, — проворчал я, потому что не знал, как реагировать на столь сомнительный комплимент. Но моя реакция не особо волновала гоблина, он уже направлялся к нелепой полудыре в стене.

— Так, а теперь нужно доломать эту стенку, иначе ждет нас с тобой, Назарий Аристархович, очень мрачное будущее.

В общем-то я не особо волновался, потому что если этот злобный гоблин захочет что-то сломать, то сломает обязательно. И он таки раздолбал похожую на панцирь какого-то древнего ящера преграду. Когда мы забрались внутрь тайной комнаты ныне покойного советника, Иваныч осмотрелся вокруг и удовлетворенно резюмировал:

— Вот теперь мы с тобой из грабителей и убийц превращаемся в героев и вершителей справедливости.

Да уж, не согласиться с ним было трудно — чего только стоила целая коллекция лиц. Нет, не портретных изображений на картинах великих художников, а именно лиц, содранных, возможно, даже с живых разумных и помещенных в специальные квадратные емкости.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.