Библиотека

NEXT стр. 12

Размер шрифта
-
+
Тема

далеко от правды. Это было откровенным враньем, однако ни один журналист не попросил отца изложить его точку зрения. Ни один! За Риком Дилом стоял Джек Ватсон. Поскольку он являлся знаменитым филантропом, журналисты считали его «хорошим парнем», а ее отец, следовательно, автоматически оказывался «плохим». Стоило этому моралите, вышедшему почему-то из-под пера местного журналиста, пишущего на тему развлечений, появиться на страницах «Нью-Йорк таймс», как его дружно подхватили все остальные. Отметилась и «Лос-Анджелес таймс», напечатав аналогичную статью, автор которой пытался даже перещеголять своего нью-йоркского коллегу в очернении ее отца. А местные газеты, так те и вовсе не умолкали, изо дня в день призывая

громы и молнии на голову человека, который пытается затормозить развитие медицинской науки и осмелился порочить Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе — этот храм знаний, гордость родного города. Полдюжины телекамер неизменно встречали их с отцом, когда они поднимались по ступеням суда.

Их собственные попытки изложить на страницах газет свою точку зрения на происходящее неизменно оказывались бесплодными. Специалист по связям со средствами массовой информации, нанятый ее отцом, неплохо знал свое дело, но куда ему было равняться с хорошо смазанной и щедро оплаченной пропагандистской машиной Джека Ватсона!

Не могло быть сомнений в том, что присяжные читали некоторые из этих статей, целью которых было заставить ее отца оправдываться, вывести его из равновесия еще до того, как он начнет отвечать на вопросы, будучи вызван на место для дачи свидетельских показаний в суде.

Адвокат отца встал и приступил к допросу.

— Мистер Барнет, позвольте мне вернуть вас на восемь лет назад. Чем вы занимались в июне того года?

— Я работал на строительстве, — твердым голосом ответил отец. — Я руководил всеми сварочными работами на сооружении газопровода в Калгари.

— И именно тогда вы заподозрили у себя болезнь?

— Я стал просыпаться по ночам в холодном поту.

— У вас поднималась температура?

— Я полагал, что — да.

— Вы обратились к врачу?

— Не сразу, — ответил он. — Я подумал, что это обычная простуда или что-то подобное. Но потливость не прекращалась, а через месяц я стал испытывать слабость во всем теле. И тогда пошел к врачу.

— Что же он вам сказал?

— Он обнаружил у меня новообразование в брюшной полости и направил к самому известному специалисту на Западном побережье, профессору Медицинского центра Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе.

— Как зовут это светило?

— Доктор Майкл Гросс. Вон он. — Ее отец указал на столик, за которым сидел ответчик. Алекс не повернула голову в ту сторону. Она не сводила глаз с отца.

— Он обследовал вас?

— Да, обследовал.

— Сделал ли он вам какие-либо анализы?

— Да. Анализ крови, рентгеновское исследование, компьютерную томографию всего тела. А еще — биопсию костного мозга.

— Каким образом он это сделал?

— Воткнул мне иглу в тазовую кость — вот сюда. Игла протыкает кость и попадает в костный мозг. Потом его откачивают и исследуют. — После того, как были сделаны все эти исследования, сообщил ли он вам окончательный диагноз?

— Да, он сказал, что у меня — Т-клеточный острый лимфобластный лейкоз.

— Как вы объяснили себе суть этого заболевания?

— Как рак костного мозга.

— Предложил ли вам доктор лечение?

— Да, операцию, а затем химиотерапию.

— Сообщил ли он вам свой прогноз? Сказал ли, каковы, по его мнению,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.