Незапертая дверь стр. 240
уже слишком старая, чтобы бояться начальства, мне сразу так легко жить стало!
- Ну иди, старая, - ехидно напутствовал ее Юра, - на обратном пути не забудь зайти ко мне рассказать, чем дело кончилось. Очень мне интересно посмотреть, в каком виде ты от Афони выйдешь.
Коротков не обманул, полковник Афанасьев и впрямь был чернее тучи. Бросив на Настю полный неприязни взгляд, он с ненавистью посмотрел на принесенные ею запросы. Невооруженным глазом было заметно, что ему страшно хочется хоть на ком-нибудь отыграться, унизить, сделать выговор, наказать, чтобы выплеснуть кипящую в не" агрессию.
- Почему я вижу эти запросы только сейчас? - cnpocил он голосом, предвещавшим мало приятного.
- Потому что я их только что подготовила.
- А тебе не кажется, Каменская, что это можно и нужно было сделать уже давно? Дела стоят, преступления не раскрываются, а ты чем занимаешься? Только не говори мне, что ты работаешь.
- А что же я, по-вашему, делаю?
- Ты, Каменская, занимаешься личной жизнью. Ты что же думаешь, мне ничего не известно? Думаешь, я не знаю, что твой муж уехал надолго за границу и ты ему изменяешь с Коротковым? Думаешь, я не знаю, что Коротков ушел от жены и живет у тебя, пока твой муж деньги зарабатывает, чтобы тебя содержать? Ты считаешь,
что это все прилично? Что это поведение, достойное офицера милиции? Ты полагаешь, это допустимо - спать со своим руководством? Коротков твой начальник, он мой заместитель, и вы нагло, на глазах у всего коллектива устраиваете свои омерзительные случки! Я не намерен это терпеть!
Полковник заводился от собственных слов все больше и больше, распаляясь и повышая голос. "Ну вот, - равнодушно и даже как-то апатично подумала Настя, слушая его выкрики и глядя на капельки слюны, вылетающие из его рта, - нашел на ком пар выпустить. Говорит мне гадости обо мне и о Юрке. А я должна это терпеть. Кстати, кто сказал, что я должна терпеть?"
Снова перед ее мысленным взором встал длинный коридор, по которому она шла, шла, шла до тех пор, пока не утыкалась в запертую дверь. И не было другого способа продолжить движение, кроме как развернуться и идти назад все по тому же коридору. Но с чего она взяла, что дверь заперта? Ей об этом сказали? Нет, она сама так решила. Даже не подергала ее за ручку, не попыталась открыть, просто приняла как аксиому: дверь заперта. А если попробовать?
Настя легонько надавила на дверь рукой, створка легко поддалась, и на темный пол узкого коридора упала полоска света. Дверь не заперта, и там есть свет, и значит - есть какая-то жизнь.
Она поставила локти на стол, оперлась подбородком о сцепленные пальцы, с любопытством посмотрела на начальника.
- Прости, Афоня, я сейчас нарушу обещание, которое тебе дала, - сказала она спокойно. - Но я сделаю это с огромным удовольствием. Я обещала не называть тебя Афоней и не вспоминать, что мы когда-то вместе учились. Но я хочу сказать все, что о тебе думаю. Ты хороший опер, я в этом уверена, иначе тебя не двигали бы по службе. Но хороший опер и настоящий опер - это две большие разницы и одна маленькая. Хороший опер -