Библиотека

Незавершенное, планы, отрывки, наброски стр. 11

Размер шрифта
-
+
Тема

Пушкин долго колебался, сделать ли своего героя бедным чиновником (к чему он и пришел в конце концов), или богатым барином. В написанное Пушкиным начало романа, кроме рассказа о предках его героя, включены его рассуждения о потомственном, родовитом дворянстве, о предпочтении «ничтожного героя», чиновника — «коллежского регистратора» — романтическим возвышенным героям и возвышенным предметам и о свободе поэтического творчества.

В строфах о выборе в герои романа (или поэмы) обыкновенного человека, мелкого чиновника, Пушкин отстаивает перед критикой, разделяющей романтические представления о литературе, реалистическое направление с его интересом к обычной действительности, которому следовал он сам, начиная с середины 20-х гг. Наконец, спор о свободе поэтического выбора ведется против реакционной критики, усердно навязывавшей в эти годы Пушкину благонамеренные темы и морально-воспитательные задачи. Под «толпой» Пушкин разумел основную массу читателей 30-х гг. — реакционных обывателей, помещиков и чиновников.

Из ранних редакций

Варианты начальных строф романа

Над Петербургом омраченным

Осенний ветер тучи гнал;

Нева в теченье возмущенном,

Шумя, неслась. Упрямый вал,

Как бы проситель беспокойный,

Плескал в гранит ограды стройной

Ее широких берегов.

Среди бегущих облаков

Вечерних звезд не видно было —

Огонь светился в фонарях,

По улицам взвивался прах

И буйный вихорь выл уныло,

Клубя капоты дев ночных

И заглушая часовых.

*

В своем роскошном кабинете

В то время Рулин молодой

Сидел один при бледном свете

Одной лампады; ветра вой,

Волненье города глухое

Да бой дождя в окно двойное,—

Всё мысли усыпляло в нем.

Согретый дремлющим огнем,

Он у чугунного камина

Дремал —

Видений сонных перед ним

Менялась тусклая картина…

*

Вбежав по ступеням отлогим

Гранитной лестницы своей,

В то время Волин с видом строгим

Звонил у запертых дверей

И трёс замком нетерпеливо.

Дверь отворилась, он бранчиво

Андрею выговор прочел

И в кабинет, ворча, пошел.

Андрей принес ему две свечи.

Цербер, по долгу своему

Залаяв, прибежал к нему

И положил ему на плечи

Свои две лапы — и потом

Улегся тихо под столом.

*

Порой сей поздней и печальной

(В том доме, где стоял и я)

Один при свете свечки сальной

В конурке пятого жилья

Писал чиновник — скоро, смело

Перо привычное скрыпело —

Как видно, малый был делец —

Работу кончив наконец,

Он стал тихонько раздеваться,

Задул огарок — лег в постель

Под заслуженную шинель —

И стал мечтать…

Но может статься

Захочет знать читатель мой,

Кто сей чиновник молодой.

*

Порой сей поздней и печальной

В том доме, где стоял и я,

Неся огарок свечки сальной,

В конурку пятого жилья

Вошел один чиновник бедный,

Задумчивый, худой и бледный.

Вздохнув, свой осмотрел чулан,

Постелю, пыльный чемодан,

И стол, бумагами покрытый,

И шкап со всем его добром;

Нашел в порядке все; потом,

Дымком своей сигарки сытый,

Разделся сам и лег в постель

Под заслуженную шинель.

Строфы, не вошедшие в последнюю редакцию (строфы IV и след.)

*

Во время смуты безначальной,

Когда то лях, то гордый швед

Одолевал наш край печальный,

И гибла Русь от разных бед,

Когда в Москве сидели воры,

А с крулем вел переговоры

Предатель умный Салтыков,

И средь озлобленных врагов

Посольство русское гадало,

И за Москву стоял один

Нижегородский мещанин, —

В те

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.