Незнакомцы в поезде стр. 103
были неприятности с вращающимися дверями, он не мог вести строку ровно по линии, его часто посещало ощущение отсутствия в том месте, где он находится в данный момент. С мрачным видом он попытался восстановить в памяти, что же он делал, пока вел автомобиль Энн в Элтон, куда они ехали смотреть новый дом. Дом был уже готов. Энн с матерью на прошлой недели повесили там драпировки. Было воскресенье, почти полдень. Энн сказала ему, что вчера получила прелестное письмецо от его матери. Мать сообщала, что выслала три вязанных передника и много домашних солений и варений — чтобы было с чего начинать заполнение кухонных
полок. Помнил ли он об этом? Всё, что он помнил — это то, что у него в кармане лежали наброски по больнице в Бронксе, о которой он так еще и не сказал Энн. Ему хотелось бы уехать куда-нибудь и засесть за работу, и не делать ничего, кроме работы, не видеть никого, даже Энн. Он искоса взглянул на нее, на ее поднятую голову, холодное лицо с тонкой дужкой очков на переносице. Ее тонкие сильные руки мастерски справлялись с баранкой на поворотах. Внезапно ему подумалось, что она больше любит свой автомобиль, чем его.
— Если кто-нибудь проголодался, пусть говорит сейчас, — заявила Энн. — После этого маленького магазинчика много миль ничего такого не будет.
Никто еще не проголодался.
— Раз в году можно было бы пригласить меня на обед, Энн, — подал голос отец. — На пару уток или перепелов. Я слышал, в здешних местах хорошая охота. Вы как, оружием владеете, Гай?
Энн свернула на дорогу, которая вела к дому.
— Нормально, сэр, — еле выдавил из себя Гай, споткнувшись дважды. Сердце запрыгало так, что только бегом его можно было бы успокоить.
— Гай! — с улыбкой обратилась к нему Энн. Она остановила машину и шепотом сказала: — Выпей рюмочку, когда войдешь в дом. На кухне я припасла бутылочку бренди. — Она коснулась его руки, но он непроизвольно ее отдернул.
Он подумал, что надо бы выпить бренди или еще чего-нибудь. Но он знал, что не будет пить.
Миссис Фолкнер шла рядом с ним по молодой зеленой лужайке.
— Это просто чудо, Гай. Думаю, вы можете гордиться этим.
Гай кивнул. Всё позади. Хватит ему призраков наподобие тех, что мерещился на фоне коричневого бюро в том отеле, в Мехико. А Энн захотелось мексиканской плитки на кухню. В доме так много вещей, которые она время от времени привозила из Мексики. Гаю казалось, что он выбрал себе в дом отель "Монтекарло", и та розовато-коричневая комната, и лицо Бруно на фоне коричневого бюро будут преследовать его всю оставшуюся жизнь.
До женитьбы оставался всего один месяц. Еще четыре вечера по пятницам — и Энн будет сидеть в большом прямоугольном зеленом кресле рядом с камином, ее голос будет звать его из мексиканской кухни, они будут работать вместе в студии наверху. Какое он имеет право сажать ее в эту тюрьму вместе с собой? Он долго рассматривал их спальню, вряд ли сознавая, что там царил беспорядок, потому что помнил, как Энн говорила, что их спальня не должна быть современной.
— Не забудь поблагодарить маму за мебель, ладно? — прошептала ему Энн. — Это она нам подарила