Незнакомцы в поезде стр. 23
он понравился Бруно как личность. С такими людьми приятно познакомиться. К тому же Гай забыл у него книгу, и Бруно мог бы вернуть ему ее.
Вентилятор на потолке шумел, потому что у него не хватало одной лопасти. Были бы все четыре, он давал бы больше прохлады, подумал Бруно. Один из кранов в туалете протекал, выключатель лампы для чтения возле кровати был сломан, и провод свисал на пол, дверь шкафа была захватана руками. А ему еще говорили, что это лучший отель города! Почему во всех номерах, где бы он ни останавливался, хотя бы одна вещь была сломана? В следующий раз он снимет совершенный номер, пусть это будет даже в Южной Африке.
Он сел на край кровати и взял телефонную трубку.
— Дайте мне межгород. — Он тупо смотрел на пятна красной грязи, которые его ботинки оставили на постельном покрывале. — Грейт-Нек 166-джей… Да, Грейт-Нек. — Подождал. — Лонг-Айленд… В Нью-Йорке, если ты, лопух, слышал про такой город. — Меньше чем через минуту он услышал голос матери. — Да, я тут. Значит, ты отъезжаешь в воскресенье, как и собиралась?.. Да, съездил на мулах. Ну, умотался… Да, посмотрел каньон… Да, но цвета были невзрачные… Ну а у тебя как?
Его начал разбирать смех. Он сбросил ботинки и снова завалился на
кровать, с телефоном, не переставая хохотать. Мать рассказывала, как она пришла домой, а у «Капитана» сидели двое друзей, которых она видела накануне вечером, и один из них подумал, что «Капитан» — её отец, и пошло-поехало дальше в таком же роде.
Седьмая глава
Лежа в кровати и опираясь на локоть, Гай смотрел на адресованное ему письмо, написанное карандашом.
— Не часто мне доводится будить тебя. Когда еще теперь придется, сказала мать.
Гай взял письмо из Палм-Бича.
— Может быть и скоро, мама.
— Когда вылетает завтра твой самолет?
— В час двадцать.
Она наклонилась и заботливо подоткнула ему одеяло в ногах.
— Я сомневаюсь, что ты найдешь время забежать к Этель.
— Обязательно забегу, мама.
Этель Питерсон была одной из давних подруг матери, она давала Гаю первые уроки игры на фортепьяно.
Письмо из Палм-Бича было от мистера Бриллхарта. Он давал согласие на работу Гая над проектом. Мистер Бриллхарт сообщал также, что убедил совет в необходимости вентиляционного решения, предложенного Гаем.
— Этим утром у меня хороший крепкий кофе, — сообщила мать с порога. Любишь завтрак в постель?
Гай улыбнулся ей.
— А кто ж этого не любит?
Он снова перечитал письмо мистера Бриллхарта, на сей раз внимательно, положил его обратно в конверт и медленно разорвал. Затем он вскрыл другое письмо. Это письмо, нацарапанное карандашом, умещалось на одной страничке. Подпись с завитушками вызвала у него улыбку: Чарльз Э. Бруно.
«Дорогой Гай!
Это Ваш знакомый по поезду, помните? Вы в тот вечер оставили в моем купе книгу, и я нашел в ней Ваш техасский адрес, который, надеюсь, верен. Книгу направлю Вам почтой. Я и сам прочел немного, не знал, что у Платона столько диалогов.
Ужин с Вами в тот вечер был весьма приятным, и я думаю, что могу включить Вас в число своих друзей. Было бы приятно увидеть Вас в Санта-Фе, если вы, может быть, передумаете. Мой адрес, по крайней мере в течение