Незнакомцы в поезде стр. 83
не почувствовал никакой тревоги. Во всяком случае меньшую, подумал он, чем если бы этот человек был не полицейским. Когда полицейский удалился, Гай прошел еще пятнадцать шагов вдоль стены, подпрыгнул и ухватился за карниз наверху, затем вскарабкался на стену. Почти прямо внизу он увидел бледный силуэт ящика для молочных бутылок: Бруно сказал ему, что это он поставил его к стене. Гай пригнулся, стараясь через ветви вишневых деревьев разглядеть дом. Ему удалось увидеть два из пяти больших окон первого этажа и прямоугольник плавательного бассейна, тянущегося от дома в его сторону. Света не было. Гай спрыгнул.
Теперь ему стало видно шесть ступенек черного хода — их боковые стороны были выкрашены в белый цвет — и неясную пелену крон "собачьего дерева" вокруг всего дома. Как ему и раньше показалось из рисунков Бруно, дом был слишком мал для того, чтобы иметь десять двойных скатов, сделанных, очевидно, потому, что клиенту нравились такие крыши, вот и всё. Он прошел вдоль внутренней стороны стены, пока в испуге не остановился от треска ветки, на которую наступил. "Срежь угол лужайки", — инструктировал Бруно. Вот почему тут хрустнувшая ветка.
Когда он двинулся к дому, шляпа зацепилась за ветку и упала. Он запихнул ее на груди в пальто, после чего опустил руку в карман, где лежал ключ. Когда он успел надеть перчатки? Он задержал дыхание и легкой трусцой направился через лужайку, легкий и проворный, как кошка. "Я уже проделывал это сотни раз, — думал он, — и этот раз — один из сотен". На краю газона он задержался и взглянул на хорошо знакомый гараж, к которому сворачивала дорожка гравия, потом поднялся на шесть ступенек к черному ходу. Тяжелая дверь открылась бесшумно, и он взялся за ручку второй двери. Но другая дверь с йельским замком сразу не поддалась, и Гая охватило подобие растерянности, но тут он приложил усилие побольше и дверь поддалась. С левой стороны он
услышал тиканье часов на кухонном столе. Он знал, что там стол, хотя видел только тьму и менее темные очертания предметов — белую большую печь, стол прислуги и кресло по левую сторону, шкафы. Он двинулся по диагонали к лестнице и стал подниматься, отсчитывая ступеньки. "Я предпочел бы, чтобы ты воспользовался главной лестницей, но она вся страшно скрипит". Он шел медленно, тело его было предельно напряжено. Он водил глазами, обходил кадки с растениями, которых в действительности не видел. Внезапная мысль о том, что он похож на больного сомнамбулизмом, зародила в нем панику.
"Вначале двенадцать ступенек, перешагнуть седьмую. Потом, после поворота, два маленьких лестничных марша… Четвертую ступеньку перешагнуть, потом третью… Наверху сделать широкий шаг… Помнить, что двигаться надо в рваном ритме…". Он перешагнул четвертую ступеньку на первом маленьком марше. На повороте перед последним маршем имелось круглое окно, Гай это помнил по бумагам: "Дом строился под привычки тех, кто там собирался жить… Будет ли ребенок останавливаться у круглого окна, прежде чем пройти пятнадцать ступенек в свою комнату?". В десяти футах впереди слева была комната дворецкого. "Это ближайшая комната, где кто-то есть", вспомнил Гай наставления Бруно, проходя мимо темной колонны у двери.
Пол тихо и жалобно застонал под ногой Гая, и он проворно убрал ногу,