Ниагара в хрустальном бокале стр. 23
пришла Джоанна, где бы ни встретились ее синие глаза с черными глазами Роджера.
– Ты ответила ему «да»? – допытывалась Линда.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Налетела как торнадо. Сядь и помолчи немного.
Джоанна была слишком серьезна, и Линда послушно опустилась в кресло. Но уже через минуту, начав нетерпеливо ерзать, она снова приступила к расспросам:
– Ты не расскажешь мне о своем свидании, Джоанна?
– Я не пошла, – солгала Джоанна.
– Не-е-т, – разочарованно застонала Линда. – Ты не можешь быть такой глупой.
– У меня разболелась голова, – пожав плечами, сообщила Джоанна. – Не забывай, что я ударилась о борт катера! Я рано легла спать.
– В этом деле лучше переесть, чем голодать, – посоветовала Линда. – Потом жалеть будешь.
Откуда в ней такая высокая концентрация страха перемен?! – мысленно возмущалась Линда, сердито посматривая на Джоанну. Отказать такому симпатяге!
Вопросы Линды выбили Джоанну из колеи. Она была влюблена в Роджера и не знала, плакать ей или смеяться. Мысли прыгали как солнечные зайчики. Теперь их с Роджером связывала тайна, о которой никому нельзя знать. Тем более Линде. Признаться подруге в своей связи с Роджером Джоанне было стыдно. Еще вчера Джоанна рисковала жизнью, спасая подарок Стива, а сегодня стала любовницей другого мужчины. Все изменилось в считанные часы. Помешательство, безумство, умопомрачение – как ни
назови, ни одно объяснение не могло прикрыть предательство. Оно вылезало то тут, то там, как непоседливые ноги спящего ребенка по ночам высовываются из-под одеяла. Если бы Джоанна была свободна, ей не нужно было бы скрывать от людей счастливые глаза, ускользать из жаркой постели любимого зябким утром. Нельзя построить свое счастье на чужом несчастье, думала Джоанна и отгоняла мысли о прошедшей ночи. Но улыбка, стоило Джоанне представить лицо Роджера, сама собой появлялась на ее губах.
После ланча все желающие посмотреть на Элвиса, Мэрилин и графа Дракулу собрались у большого автобуса, чтобы отправиться в музей восковых фигур. Местные жители гордились им, смело заявляя, что он ни в чем не уступает знаменитому музею мадам Тюссо.
– Хорошо, что мы решили прогуляться, – сказала Джоанна.
– Я тоже так думаю. – Линда посмотрела на нее с укором. – У тебя с утра был такой утомленный вид, будто ты танцевала до рассвета.
– Вы не знаете, куда подевался Роджер? – спросил Мартин. – Вчера он хотел ехать с нами. А сегодня мы с Сабриной зашли за ним, но его не оказалось.
Джоанна пожала плечами, извинилась и отошла. Она сделала вид, что направляется в лавку, где торговали всякой всячиной, но, проходя мимо миссис Коннор, услышала обрывки ее слов и остановилась, словно пораженная молнией.
– Я своими глазами видела, как она выходила от него! Было пять утра, – рассказывала миссис Коннор такой же пожилой даме, как и она сама. – Да, я точно помню, в это время я делаю мистеру Коннору укол. И тут я нечаянно посмотрела в окно. Они целовались. А в Нью-Йорке ее ждет жених. Я всегда говорила, от актрисулек не жди ничего хорошего.
Господи, она нас видела… – мысленно простонала Джоанна и почувствовала, как лицо заливает краска. Она должна была помнить о непомерном любопытстве немолодых женщин, привыкших бесцеремонно совать нос в самые укромные уголки чужих душ. Джоанна бросилась в лавку, стремясь укрыться там от злых сплетниц.