Никитус Михайлус, дворянин стр. 3
обосновать... Но вот в чем сейчас самая большая тревога. Вдруг герб с двумя головами одноголовым заменится? Чья она будет? Если вы, как газетчик, что-либо об этом прознаете, не откажите в любезности сообщить. Поверьте - ночей не сплю.
- Та-ак... Но вы еще не ответили на мой вопрос о родстве.
- Далось вам! Неужели сами не видите: мы во всем единое целое составляем.
- То есть полагаете, что сейчас же у вас с Никитой Сергеевичем общее туловище на куриных ногах... Ну и ну, господа...
- Не господа же! Сиятельства!
...Что касается драгоценных украшений, то не нужно надевать ничего такого, что бросается в глаза. 3олотые часы с цепью, дорогие запонки и одно кольцо - этих вещей вполне достаточно для приличного мужчины. Утром носите перстень, вечером замените его кольцом с одним бриллиантом......Только в мещанской и купеческой среде существует обыкновение насильно задерживать гостя. В светском обществе хозяин и хозяйка никогда не позволят себе этого. Если и заметят, что гость намеривается тихонько удалиться, никогда не станут останавливать его и даже сделают вид, будто ничего подобного не замечают......Наступив даме на платье, непременно извинитесь, хотя бы это была простая крестьянка...Никитус Михайлус, дворянин. * * *- ИТАК , вот обещанное. - Никитус Михайлус швырнул на стол перед редактором газеты исписанные листочки и отступил на середину комнаты. Стоя там в уже знакомой позе митингового оратора, проговорил. - Господа! Хотя я знаю, что вы, как сторонники "левой оппозиции", после этого не станете печатать мои рекомендации, я все же считаю своим долгом выразить вам свое возмущение.
- Мы не господа, - въедливо произнес член редколлегии-публицист и сатирик.
- Сколько можно! - поддержал его член редколлегии-поэт.
Редактор газеты и член редколлегии-историк молча смотрели на визитера. А тот продолжал:
- Смею сказать. Я только что был на доверительной встрече с уважаемым гостем нашего города, виднейшим деятелем партии "Демократический выбор России" господином Егором Тимуровичем Гайдаром.
- Вы же чистейшей воды монархист, - проговорил публицист и сатирик. - Каким ветром вас туда...
Никитус Михайлус прервал его: - Егор Тимурович - достойнейший человек. Для возрождения Российского Самодержавия он уже сделал больше, чем кто-либо другой.
- Больше, чем Горбачев? - спросил поэт.
- В тысячу раз.
- Больше, чем Ельцин?
- О чем говорить!
- Еще бы, - сказал историк. - За одну ночь обворовать страну. Потом это несколько раз повторить. Но где же ваша встреча происходила?
- В бывшем дворце князей Голощаповых. В одном из самых прекрасных его покоев - в Зеркальном кабинете. Не скрою,
Егор Тимурович, конечно, причмокивал, зато... "Господа, - говорил он. - Мы никогда не сойдем с пути реформ, несмотря на то, что красно-коричневая харя коммунизма выползает из-под красного знамени. Побывайте на уличных сборищах. Там море красных знамен и то самое, о чем я сказал..."
- Позвольте, - прервал его публицист и сатирик. - Гайдар уже произносил это в Москве на собраниях своих сподвижников. Телевидение тогда ликовало, "демократы" всех мастей восторгались: "Как смело! Как он им врезал!.."
Никитус Михайлус возмущенно взмахнул руками:
- Произнес. А теперь повторил. Но слушайте дальше!.. Проговорив это, Егор Тимурович вдруг вскочил со своего места за председательским столом