Никогда не разговаривай с чужими стр. 25
Ему было тринадцать, и Гаю Паркеру тоже, или на месяц-другой больше. Они знали друг друга с детства, дружили с пеленок, как говорили их матери, познакомившиеся в детской консультации. И миссис Паркер, бывало, присматривала за ним и Яном, когда их мама дежурила в больнице. Гай и он вместе поступили в Хинтолскую начальную школу, которую в свое время окончил Ян и где сейчас во втором классе учился Манго.
В привилегированную частную закрытую школу для мальчиков обычно принимали в июне. Экзамены для всех подобных школ были одинаковыми, но письменные работы проверяли и результаты абитуриентов, или, что более вероятно, положение их родителей, оценивали в каждой школе отдельно. Не было никаких сомнений, что Ангус будет учиться в Россингхеме. Его отец когда-то закончил ее, и Ян учился там.
Гай Паркер тоже собирался в Россингхем. Было бесспорным, что их привлекала одна и та же школа, и никто, по крайней мере, из тех, кого знал Ангус, даже не обсуждал это. Позже, по совести говоря, Ангус не мог сказать с полной уверенностью, что Гай действительно говорил ему о таком своем решении.
Результаты пришли, и Ангус был зачислен. Впрочем, никто в этом и не сомневался. Было время летних отпусков. Камероны улетели всей семьей на Корфу, где обычно проводили две недели. У Ангуса не представилось удобного случая встретиться с Гаем до отъезда. Если уж быть честным до конца, он не очень-то и искал его. Зачем? Они через месяц оба поедут в Россингхем, а до отъезда туда еще успеют пару раз встретиться, когда Ангус вернется с Корфу.
Они встретились, когда позвонила миссис Паркер и пригласила его и Манго позавтракать с ними как-нибудь, когда родители будут заняты на работе. Манго было лет десять, и всегда возникали проблемы, с кем его оставлять на каникулах. Уже у Паркеров Ангус вспомнил, что он так и не спросил Гая, выдержал ли тот экзамены, хотя это надо было сделать. А впрочем, и так понятно, если бы он провалился, вряд ли был бы таким веселым. Они остались одни в комнате, которую Паркеры называли игровой. Манго и маленькую сестренку Гая миссис Паркер увела с собой на кухню.
— Тебе уже все купили, что надо? — спросил Ангус. — Я думаю, шляпы поставят точку на нашей свободе. Отправляемся завоевывать Лондон. И никаких сладостей.
Выглядел ли тогда Гай растерянным или пристыженным? Если так и было, Ангус забыл, а возможно, просто не заметил? Но, скорее всего, ничего подобного не было. Но минуту или две Гай молчал, это отложилось в памяти.
— Мне не нужна шляпа, — наконец сказал он.
— Разве? Но она есть в списке.
— В Уттинге не носят шляп.
Ангус не попросил друга пролить свет на сказанное, он догадался обо всем сам. Гай тактично выразил смущение. Они замолчали. Это была долгая, неловкая пауза. И в те минуты, пока Гай доставал с полки выпущенную в серии дешевых, с бумажным переплетом, книгу о шпионах, которую обещал дать почитать, пока они спускались вместе по лестнице, услыхав возглас миссис Паркер «Завтракать!», Ангус чувствовал первую в своей жизни настоящую обиду. Возможно, что он придумал все потом, но вряд ли. Никто и никогда так с ним не обходился, никто так не вводил его