Библиотека

Николай I Освободитель. Книга 2 стр. 141

Размер шрифта
-
+
Тема

в защитном жесте. — Не буду лезть. Хорошего дня.

Еще одним значительным событием, пришедшимся на самый конец пятнадцатого года, стал пуск в производство стальных пишущих перьев. Сколько мы с ними намучались, словами не передать! Казалось бы маленький, с ноготь размером кусочек металла, какие там могут быть проблемы? Ан, нет. То чернила льются слишком сильно, и постоянно «украшают» лист бумаги неаккуратными кляксами, то наоборот чернила не льются совсем и стальной кончик пера впустую царапает белое бумажное полотно.

Началось все еще в девятом году, когда после достаточно простых в изготовлении кнопок, папок и скрепок — с последними правда тоже пришлось повозиться, создав в итоге отдельный навивочно-протяжный станок для этих целей — я захотел расширить производство своей канцелярской кампании за счет пишущих перьев.

Пять долгих лет у нас ушло на разработку, был проделан громадный путь где мы впервые применили электричество для плавки стали — опять же спасибо Петрову и его ребятам — и также впервые поэкспериментировали с добавлением к стали хромовых добавок. Плюс штамповочный станок, сверлильный станок, плюс последующее опять же хромирование для защиты от коррозии… В общем такое незначительное изделие, цена которому в итоге получилась рубль с хвостиком, заставила нас изрядно попотеть. Возможно, если бы я не знал, что итоговый результат принципиально возможен, я бы просто плюнул на это дело и продолжил писать гусиными перьями и карандашами.

Сказать, что стальное хромированное писчее перо произвело настоящий фурор — не сказать ничего. Мы буквально за два месяца распродали весь сделанный заранее запас в сто тысяч штук и получили заказ — в том числе и из-за границы — на несколько миллионов единиц. Впрочем, чего тут удивительного, если та же Великобритания ежегодно закупала в России миллион гусиных перьев, если же рассматривать общемировой рынок, то до его емкость я навскидку оценивал в миллионов двадцать стальных перьев в ближайшие десять лет.

Был правда во всем этом и неприятный аспект. Иван Петрович Кулибин, которому в прошедшем году стукнуло восемьдесят — более чем почтенный возраст даже в двадцать первом веке в уж в девятнадцатом и подавно — все более явственно сдавал, и больше не мог тянуть весь спектр моих производственных задумок. Понятно, что никто его на пенсию отправлять не собирался, не тот это был человек, чтобы спокойно доживать отмерянные ему года без работы, однако все больше отдельных направлений подхватывали молодые ученики изобретателя и выпестованные им за последние несколько лет молодые конструкторы.

Так Марков окончательно забрал под свое крыло все ружейное производство, переехавшее недавно на свежепостроенный завод в Сестрорецк. Пантелеев руководил железнодорожной тематикой. Выделенное производство паровых машин — мы строили их самыми крупными сериями в России и возможно в мире, хотя тут не точно — курировал пока сам Кулибин, но там вроде тоже было кому подхватить при необходимости. Берд, получивший живительного пинка в виде доступа к относительно мощным и хорошо отработанным паровым машинам, а также дополнительному, капиталу развернулся во всю со своим — и моим на восемьдесят процентов — пароходством. Первое суденышко уже плавало по Неве, а в течении осени было заложено еще четыре, и останавливаться на этом никто не собирался. На производстве же стальных перьев засветилась новая звездочка на небосклоне русского

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.