Ночь для любви стр. 321
с вуалью.
– А для меня ты лучше всего выглядишь в голубом ситцевом платье, старом армейском плаще и с распущенными волосами без единой заколки в них.
– Очень мило с твоей стороны, – ответила Лили, слегка обидевшись. – А ты никогда не выглядел более красивым, чем в своей потертой форме пехотного офицера. Невиль, как нам повезло, что в нашей памяти сохранятся две такие прекрасные свадьбы.
– Боже! – внезапно воскликнул он, глядя в сторону дома.
– О Господи! – воскликнула Лили, повернув голову. Все слуги Ратленд-Парка собрались на террасе. Они выстроились в две шеренги, чтобы приветствовать новобрачных.
Невиль обнял Лили за плечи и заглянул ей в лицо. Она посмотрела ему в глаза. И оба поняли, что уединению пришел конец. По крайней мере в данный момент.
– Это все только до ночи, моя любовь, – сказал Невиль.
– Да, – ответила она, – только до ночи.
Они повернули к слугам сияющие лица, и на них обрушился дождь лепестков.
Глава 25Лили жадно смотрела из окна кареты, даже не пытаясь казаться благовоспитанной. Деревня Аппер-Ньюбери выглядела такой знакомой. Вот гостиница, где она высадилась из почтовой кареты, а вот крутая тропинка, ведущая в нижнюю деревню. А здесь...
– Ой! Можно остановить карету? – попросила она.
Герцог Портфри, сидевший напротив, постучал по передней стенке, и карета резко остановилась. Лили опустила окно и выглянула наружу.
– Миссис Фанди! – окликнула она. – Как поживаете? А как ваши детки? О, малютка уже подрос.
Пока Элизабет и герцог обменивались удивленными взглядами, -миссис Фанди, отступившая было при виде большой кареты с гербом герцога, широко заулыбалась, внезапно покраснела и сделала неуклюжий реверанс.
– Очень хорошо, миледи, – ответила она. – Как хорошо, что вы снова вернулись.
– Возвращаться всегда хорошо, – согласилась Лили. – Если позволите, я загляну к вам на днях.
Она продолжала лучезарно улыбаться миссис Фанди, пока карета не тронулась снова. Лили напомнила себе, что едет не домой. Ньюбери-Эбби не был ее домом, но она чувствовала себя так, словно это был ее
дом. Как и предсказывал отец, она полюбила Ратленд-Парк. Она полюбила и его самого, что было совсем нетрудно. Ей даже понравился их продолжительный визит в Натэлл-Грандж, где она завоевала сердца своего прикованного к постели дедушки и двух тетушек, которые на самом деле тетушками не были: это были Бесси Дойл и сестра ее матери. Лили чувствовала себя счастливой, в ладу со всем миром и самой собой. Ей больше не снились ночные кошмары.
А Ньюбери-Эбби, несмотря на то что она пока не видела ни самого особняка, ни окружавшего его парка, казался ей домом.
– Посмотрите! – воскликнула она, трепеща от восторга, когда карета, въехав в ворота, покатила по обсаженной деревьями аллее. Деревья переливались всеми оттенками красных, желтых и коричневых красок. Часть листвы уже опала и красочным ковром устилала дорогу. – Вы видели что-нибудь более великолепное, чем Англия осенью? Отец? Элизабет?
– Нет, – ответил отец.
– Только Англию в весеннее время, – ответила Элизабет, – но я не стала бы говорить «более великолепное», а сказала бы просто «великолепное».
Была весна, когда Лили впервые приехала сюда. А сейчас была осень – октябрь. Как много произошло за это время. Она вспомнила, как брела по этой аллее вечером, волоча за собой сумку...
Как Невиль и просил ее, она написала ему письмо в начале сентября.