Библиотека

Ночь Дон Жуана стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

они резко сменились низкими. Просто невероятно.

Казанова заткнул уши пальцами, но это не помогло. Теперь слышен был еще один инструмент — кларнет.

Да, это был старый кларнет. Звуки, издаваемые кларнетом, один за другим выстраивались в бесконечную цепь. На столе стоял колокольчик — крошечная игрушка из хрусталя. Казанова позвонил изо всех сил, но едва различимый звон хрустального колокольчика терялся в какофонии звуков, словно шуршание пугливой мышки в огромной зале.

Тем не менее дверь отворилась. В комнату вошел бедно одетый юноша. Он подошел к постели Казановы и очень низко поклонился. Наверное, он, как и большинство слуг, вырос в деревне. Из них никак нельзя было выбить это подобострастие.

— Доброе утро, ваше сиятельство, — сказал парень. — Вы желанный гость графа Пахты, и он поручил мне прислуживать вам. Он сказал, что я должен стараться вам услужить. Его сиятельство граф уехал утром в Вену, чтобы проведать своих сыновей.

— Что ты несешь? — Казанова сел в постели. — Зачем ты рассказываешь мне то, что мне и самому давно известно? Я ужинал с графом вчера вечером.

— Простите, ваше сиятельство, я этого не знал, — ответил слуга. — Сегодня утром у графа было мало времени. Он почти ничего не успел мне сказать.

— Сегодня утром? Когда утром? Который же час?

— Около десяти. Почти десять… Без пяти десять.

Казанова развернулся и поставил ноги на пол.

— Уже десять? Я никогда не встаю так поздно. Скорее открывай окна и ставни!

Парень подошел к окну, отодвинул тяжелые шторы и ловко открыл одну ставню за другой. Музыка стала еще громче. Играли на трубе, кларнете и гобое.

— Что это за шум? Это невыносимо. Неужели в Праге завтракают нотами?

— Простите, это музыканты из капеллы графа. Они начинают репетировать около десяти.

— Около десяти! Да если они с утра будут так налегать на инструменты, то к вечеру у них вовсе не останется сил.

— Я им передам, — слуга поклонился. Он все еще стоял у окна. Казанова присмотрелся к нему повнимательнее. Юноша был недурен собой: высокий, темные волосы, узкое красивое лицо. Граф Пахта приставил к нему привлекательного парня.

— Как тебя зовут? Имя-то у тебя есть?

— Меня зовут Пауль, ваше сиятельство.

— А меня зовут Джакомо, синьор Джакомо.

— Да, ваше сиятельство.

— Нет, не ваше сиятельство, не называй меня так. Только синьор Джакомо, ты понял? А я стану называть тебя Паоло, так легче произносить.

— Я понял, синьор Джакомо.

— Ты из деревни, Паоло?

— Да, синьор. Мои родители рано умерли, и я попал в сиротский приют.

— Чему же там учат?

— Играть на валторне.

— На валторне? Ты хочешь сказать, что умеешь играть на валторне?

— Да, синьор, и даже очень неплохо. Я тоже играю в капелле его сиятельства графа. Вот уже четыре года.

— Сколько же тебе лет?

— Девятнадцать, синьор. Его сиятельство граф оплатил мое обучение. Так поступают многие господа, потому что у большинства из них есть своя собственная капелла или даже целый оркестр.

— Валторна — благородный инструмент, Паоло. Мне нравится валторна. Весь этот грохот духовых инструментов за окном просто ничто по сравнению с игрой на валторне. Ты согласен со мной?

— Благодарю вас, синьор Джакомо, вы очень добры.

— Думаю, Паоло, мы найдем общий язык. Давай начнем сегодняшний день с превосходного завтрака.

— Конечно, синьор Джакомо!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.