Ночь волка стр. 262
не могут выполнить план-хаос?
— Могут. Но это уже не поможет. Все взрывные устройства флота подключены к общему рычагу, находящемуся на борту флагманского корабля. С этим рычагом-детонатором связаны все остальные корабли и суда. Чтобы разминировать это все, понадобится несколько часов, если не дней. Во время взрыва сама вода вокруг будет смертоносной. Все упирается в то, сумеем ли мы захватить пульт управления и предотвратить спуск рычага.
— Значит, мы уже ничего не можем сделать?
— Что ж… Я пытаюсь что-то придумать, как и все вы.
— Конечно. Но ты ведь не принимаешь во внимание наши собственные возможности?
Ф’Сибр снова не ответил, а Дж’Квилвенс продолжала:
— Тогда для поддержки духа у нас остается одна надежда. Когда начнется следующая война, наши люди, оставшиеся в живых, будут умнее и придумают лучший план.
— Нет, — сказал Ф’Сибр. Голос его был резким, но ровным. — У нас нет такой надежды. Было бы ребячеством надеяться на это. Ясно, что безумие мира достигло своего апогея. Если бы мы вовремя ввели в действие план-хаос, мы бы смогли использовать этот кризис в наших целях. Он был бы ружьем, а сам план — спусковым крючком. Но мы проиграли. Подобного момента больше не будет. После кризиса начнется медленное умственное вырождение. И когда разразится следующая война, наша ослабленная организация примет еще более бесполезную программу. А война станет еще страшнее, так как желание смерти будет усиливаться. Если реально посмотреть на вещи, именно такое будущее ждет вас впереди. Любое другое — невозможно.
Голос Дж’Квилвенс дрогнул.
— Но вы продолжаете говорить кодом. Зачем, если все уже безнадежно?
— Есть такая вещь, как честь приговоренного.
До них донеслись взволнованные слова Гешифера:
— Мы должны связаться с Нормом.
Это заявление было настолько смешным, что Дж’Квилвенс залилась истерическим смехом.
— Мы знаем парня, — продолжал Гешифер. — Он не подсадная утка. Он, должно быть, поддался психологическому давлению М’Каслри. Он — цикличный тип. Я уверен, что сейчас он уже сожалеет… колеблется… ждет толчка.
Ответ Ф’Сибра был мягким, почти утешающим:
— Допустим, что поведение Норма было результатом подобного влияния. Но в таком случае он сейчас находится под такой же охраной, как и мы. И он не может ничего сделать, даже если бы хотел всем сердцем. Но… — его голос стал более осторожным, — ты говоришь, связаться с ним? Я не вижу…
— Правильно! — Гешифер ответил так энергично, так восторженно, что трудно было представить на его лице присущую ему саркастическую улыбку. — Как и вы, я думал о том, как связаться с ним. Я отбросил все разумные возможности, кроме одной, самой невероятной. Впрочем, не важно, что она самая неправдоподобная, — это
единственная оставшаяся возможность. И мы должны ее использовать. Я говорю о телепатии.
Наступила минутная пауза.
— А ты забыл свое любимое выражение «Это невозможно, как телепатия»? С тем же успехом мы могли бы обратиться к черной магии.
— Назовем ее тогда наименее невозможной из всех невозможностей! Запомните, телепатия зависит от электрического потенциала нервной системы. Подумайте, каким огромным должен быть потенциал в подобной ситуации. Будем надеяться, что Нормсай сейчас ни о чем не думает. Да называйте это как хотите! Моим последним глупым предложением, если угодно! Но я, во всяком случае, попробую.
— И я, — мягко сказал Ф’Сибр после небольшой паузы. Вдруг Гешифер разразился громким