Ночи и дни стр. 156
второй час их нет. - Она обеспокоенно обвела двор и улицу глазами. - Саш, да не волнуйся. Нормально все с ними. - Руки мужа обняли ее за талию, а его подбородок удобно устроился на ее плече. - Лазят где-то, то ли в пиратов, то ли в партизанов играют. Проголодаются -- сами прибегут. - Тим, но с ними же Яря. Ей же всего четыре... - Саша. - Тимофей улыбнулся и потащил ее в дом, где работал кондиционер. - Твоя Яря всем пацанам, даже старшим, в округе фору даст, тем более, когда ее брат прикрывает. Не боись, Мишка сестру в обиду не даст. Она вздохнула. Тимофей говорил правду -- дочка росла маленьким разбойником, во всем копируя старшего брата. Куклами в жизни не игралась, в какой-то момент они даже перестали те покупать, все равно Ярина требовала только машинки и мечи. А едва научилась ходить -- всюду приставучим "хвостиком" следовала за Мишей. Правда, тот не жаловался, чего Саша очень боялась одно время. Наоборот, Мишка в сестре души не чаял, и всегда брал с собой, в любую проказу и игру. За что она, в благодарность, видимо,
умела вымолить прощение для обоих -- не могли ей отказать ни родители, ни сам Мишка. Стоило Ярине посмотреть на родных огромными глазенками и пролепетать "Мы не специально. Не будем больше" - и любое сердце таяло. А девчушка этим беспощадно пользовалась. - И все равно, я же просила их показываться. - Пожаловалась она, переступив через Тихона, развалившегося на пороге комнаты. - Не сложно же. Поговори с ними. - Она посмотрела на Тимофея. - Поговорю, - с улыбкой пообещал муж и поцеловал ее, с явным намерением отвлечь. - Но они же дети. Ты себя вспомни в этом возрасте, разве посреди игры упомнишь, что там обещал? - Руки Тимофея пробрались под бретельки ее сарафана, принявшись поглаживать кожу, все ближе подбираясь к груди. Саша прижмурилась от удовольствия. Но от темы не отступила. - Я строго выполняла требования родителей. Даже играясь. - Ее голос прервался, когда пальцы любимого сжали грудь. Тимофей наклонился ниже, уже целуя ее шею. А ногой толкнул дверь их спальни. - Бедная моя. Какое у тебя было суровое детство, - с гортанным смешком протянул он, и стянул верх ее платья вниз, обнажив грудь. - Над тебе это компенсировать. - Тима... - Саша застонала и ухватилась за его шею, выгибаясь под жаркие, влажные, горячие губы мужа, ласкающие ее. - Мы же говорили... - Потом договорим, - философски пожал плечами Тимофей и с упоением продолжил свое занятие. Саша вовсе не собиралась возражать. Слишком хорошо ей было. Обжигающее тепло разливалось по всему телу, заставляя ноги дрожать, а дыхание сбиваться. И она послушно двигалась в сторону кровати, куда ее мягко подталкивал Тимофей, не прекращая покусывать и целовать напряженные соски жены. А его руки уже уверенно забрались к ней под юбку, и теперь гладили, сжимали бедра Саши. - Папа!! Мама!! - Нестройный, зато оглушающе-громкий хор двух детских голосов, ворвался со двора в их затуманенное сознание. Тимофей глухо застонал и разочарованно