Библиотека

Ночная прогулка стр. 11

Размер шрифта
-
+
Тема

прошлом.

Сейчас она занималась написанием пьес.

Анастасия посвящала сочинительству не более двух-трех часов в день, когда она оставалось совершенно одна, и не было никаких домашних дел. Не все пьесы получались (она откладывала их в ящик стола, чтобы доработать, переписать), многие отклоняли, и лишь некоторые самородки удавалось протолкнуть на сцену.

Те пьесы, которые у неё покупали, она ставила условия при подписании контрактов, что будет приходить на репетиции и контролировать творческий процесс. В основном, режиссеры были благодарны за сотрудничество (были те, кто выгонял со сцены или закатывал скандалы). Обычно если Анастасия находила контакт с режиссером спектакля, все получалось лучше, чем просто хорошо. Волшебно. А когда «волшебно», считала Настя, тогда у пьесы впереди много сезонов.

Звонок в дверь. Муж пришел.

18:55.

Мальчишки зашевелились, сейчас проснуться и начнут проситься на улицу, а мы останемся одни. Замолчим, как немые. И я буду задыхаться. Перестану быть собой. Стану рыбой, выброшенной на берег разбитой вдребезги семейной жизни. Что мне делать? Как вернуться в прежнее русло? Как начать жить, плыть, дышать, любить и быть любимой?

– Ты сегодня поздно, – начала диалог Анастасия, поставив перед мужем тарелку жаркого с говядиной. – Фирменный соус добавить?

– Конечно, – ответил муж и в задумчивости уставился на блюдо. – Работы много.

– Понятно. Чего смотришь? Ешь.

– Уже. Как твоя пьеса?

– Спасибо, что спросил. Чай, кофе?

– Кофе.

– Из вон рук плохо. – Анастасия налила кофе и отрезала кусочек его любимого черничного пирога, приготовленного по рецепту бабушки Таси. Выставила на стол. Села напротив мужа. – Тема неподъемная и провокационная. Не знаю, как подступиться.

– У тебя получится.

Он ел медленно, все тщательно пережевывал. Часто втягивал воздух между щелкой передней зубов, издавая противные свистящие звуки. Убирал частички застревающей пищи. Это раздражало Анастасию. Но она молчала.

– У меня такой уверенности нет, – сказала Настя.

– Всегда так.

– В смысле?

– Когда ты только начинаешь писать новую вещь. Пьесу. Ты дико сомневаешься.

– Я всегда сомневаюсь. От первого слова до последней точки.

– Может быть. Может быть. Позвони брату. Как тебе такая идея?

– Шаблонная.

Анастасия пожалела, что села за стол. Сегодня он раздражал ее больше, чем обычно. От приема пищи до его мерзкого голоса, который что-то шептал той проститутке, раздвинувшей ноги на корпоративе. И возможно сегодня она раздвинула худые без варикозных вен ноги. Они же все еще работают в одном отделе.

Как просто. Пойдем, потрахаемся на перерыве в уборной? Хорошая идея. Нешаблонная. Самая главная в тему, потому что моя жена после тридцати и двух беременностей уже не такая сексуальная и желанная.

– Уже звонила, – ответила Анастасия.

– Не ответил?

– Угадал.

– Почему он так себя ведет?

– Сказал, что когда разберется в себе – позвонит.

– И долго это продолжится?

– Переживаешь?

– Нет, но это не по-людски.

– Разве? Человек хочет разобраться в себе. Побыть в одиночестве. Пусть. Я ценю его личное пространство.

– Не боишься последствий?

– Каких?

– Ну…

– Говори, раз заикнулся.

– Не нападай.

– Буду.

– У него есть проблемы со здоровьем.

– Нет у него проблем.

– Есть. Ты понимаешь меня.

– Не совсем.

Молчание. Жевание. В тарелке все меньше жаркого, кофе стыло.

– Вдруг наложит на себя руки.

Анастасия засмеялась.

– Что смешного?

– Ты доел? Убираю?

– Да.

– Почему ты взял, что мой брат наложит на себя руки?

Она взяла в руки грязную тарелку

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.