Ночная смена стр. 159
говорю, что, может быть, так оно и было, — мрачно повторил лейтенант Гудвин и, поморщившись, потер себе висок.
— Наверняка это был какой-нибудь буйно-помешанный, как мне уже надоели эти шизофреники! Спасу от них никакого не стало.
— Да, сэр, — вежливо поддакнул Кули.
— Где остальная часть тела? — спросил один из санитаров.
— В ванной в углу заднего дворика, — ответил Гудвин, задумчиво глядя на небо.
— Вы сказали в ванной? — переспросил санитар.
— Да, именно так я и сказал! — раздраженно бросил Гудвин.
Патрульный Кули подошел к ванной, стоявшей в глубине дворика и побледнел.
— А может, — медленно проговорил лейтенант Гудвин, — это был сексуальный маньяк.
— Есть какие-нибудь отпечатки? — поинтересовался Кули,
с трудом сдерживая отвращение от увиденного в ванной.
— Спросите еще про следы, — грустно проговорил Гудвин, кивнув на аккуратно и очень коротко подстриженную траву.
Кули смущенно прокашлялся.
Лейтенант Гудвин засунул руки глубоко в карманы и стал глубокомысленно покачиваться с носков на пятки.
— Мир, — начал он мрачно и глубокомысленно, — полон сумасшедших. Никогда не забывайте об этом, Кули. Самых разнообразных шизофреников и маньяков. Паркетт разъезжал по собственному дому с включенной газонокосилкой. Представляете?
— Нет, сэр.
Гудвин внимательно обвел взглядом аккуратно подстриженный газон Гарольда Паркетта и еще глубокомысленнее произнес:
— Один человек, увидев черноволосого шведа, сказал: «Это наверняка негр, только кожу перекрасил».
Гудвин поплелся вокруг дома. Кули последовал за ним. В воздухе вокруг них стоял приятный свежий аромат недавно скошенной травы.
Корпорация «Бросайте курить»
Они встретились случайно в баре аэропорта Кеннеди.
— Джимми? Джимми Маккэнн?
Сколько воды утекло после их последней встречи на выставке в Атланте! С тех пор Джимми несколько располнел, но был в отличной форме.
— Дик Моррисон?
— Точно. Здорово выглядишь. — Они пожали руки.
— Ты тоже, — сказал Маккэнн, но Моррисон знал, что это неправда. Он слишком много работал, ел и курил.
— Кого-нибудь встречаешь, Джимми?
— Нет. Лечу в Майами на совещание.
— Все еще работаешь в фирме «Крэгер и Бартон»?
— Я теперь у них вице-президент.
— Вот это да! Поздравляю! Когда тебя назначили? — Моррисон попробовал убедить себя, что желудок у него схватило не от зависти.
— В августе. До этого в моей жизни произошли большие изменения. Это может тебя заинтересовать.
— Разумеется, мне очень интересно.
— Я был в поганой форме, — начал Маккэнн. — Неурядицы с женой, отец умер от инфаркта, меня начал мучать жуткий кашель. Как-то в мой кабинет зашел Бобби Крэгер и энергично, как бы по-отцовски, поговорил со мной. Помнишь эти разговоры?
— Еще бы! — Моррисон полтора года проработал у Крэгера и Бартона, а потом перешел в агенство «Мортон». — «Или возьми себя в руки, или пошел вон».
Маккэнн рассмеялся.
— Ты же знаешь. Доктор мне сказал: «У вас язва в начальной стадии, бросайте курить». С тем же успехом он мог сказать мне: «Бросайте дышать!»
Моррисон с отвращением посмотрел на свою сигарету и погасил ее, зная, что тут же закурит новую.
— И ты бросил курить?
— Бросил. Сначала даже не думал, что смогу: курил украдкой при первой возможности. Потом встретил парня, который рассказал мне про корпорацию на Сорок шестой улице. Это настоящие специалисты. Терять мне было нечего — я пошел к ним. С тех пор не курю.
— Они пичкали тебя какими-то препаратами?
— Нет. — Маккэнн достал бумажник и начал в нем рыться. — Вот. Помню, она у