Библиотека

Ночная смена стр. 178

Размер шрифта
-
+
Тема

сильно проигрался, влез в больше долги, снова проигрался и так далее до тех пор, пока положение не стало просто отчаянным. Однажды он каким-то образом умудрился сломать себе и ногу, и руку сразу.

— Что-нибудь еще, — не в силах держать себя в руках, с вызовом спросила Элизабет. — Избиение младенцев? Или присвоение и растрата чужого имущества?

— Он опять скрылся от уплаты уже совершенно фантастических долгов, переехал в 1962-м году в Лос-Анджелес и снова устроился в какое-то рекламное агентство. Уроки прошлого не пошли ему впрок, и он стал каждый уикэнд играть в Лас-Вегасе, был очень азартен и, как всегда, почти постоянно проигрывал, отчаянно надеясь отыграться. Как-то раз он взял с собой в казино своего сына Эда и… начал выигрывать.

— Никак не могу понять, зачем ты мне все это рассказываешь. Нельзя ли как-нибудь покороче и поопределеннее?

Элис похлопала рукой по папке с собранным досье:

— Здесь есть все, Лиз. Не все эти документы имеют юридическую силу, но агент, который разговаривал с людьми, показания которых собраны здесь, считает, что у них не было никаких причин врать ему. Отец Эда называл его своим «маленьким талисманом». Поначалу на мальчика никто не обращал внимания. Даже несмотря на то, что детям в игорных заведениях находиться запрещено. Его отец постепенно стал настоящим везунчиком и сущим бедствием для владельцев казино и, разумеется, для тех, кто садился с ним играть. Со временем он совсем уже разошелся и играл только по-крупному. В рулетку, например, он ставил только на чет-нечет или на красное-черное и никогда не проигрывал. К концу года их уже просто не впускали ни в одно казино, ссылаясь на то, что несовершеннолетним вход туда воспрещен. И тогда его отец начал играть в другие игры.

— В какие же?

— Он стал играть на бирже. Когда Хэмнеры приехали в Лос-Анджелес с середине 1961 года, они жили в крохотной скромной квартире за девяносто долларов в месяц, а мистер Хэмнер ездил на дряхлом Шевроле модели 52-го года. К концу 1962 года он уволился с работы — это было ему уже просто ни к чему. Всего через шестнадцать месяцев они жили уже в собственном роскошном доме в Сан-Джоузе. Мистер Хэмнер ездил на новеньком Тандерберде последней модели, а миссис Хэмнер — на собственном Фольксвагене. То есть, понимаешь? Их могли не впускать в казино, ссылаясь на закон штата Невада, запрещающий вход туда несовершеннолетним, но никто не мог запретить Эду Хэмнеру старшему давать просматривать своему сыну биржевые сводки.

— Ты имеешь в виду, что Эд… что он мог… Элис, ты просто сумасшедшая!

— Я ничего

не имею в виду. Тут и так все ясно, по-моему. Эд Хэмнер просто прекрасно знал, что нужно было его отцу.

Я ЗНАЮ, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО.

Она вздрогнула оттого, что ей показалось, что Эд Хэмнер неожиданно очутился у нее за спиной и прошептал ей эти слова на ухо.

— Практически все шесть последовавших за этим лет миссис Хэмнер провела в различных психиатрических клиниках. Вначале предполагалось, что она просто страдает сильными нервными расстройствами, но один из лечивших ее врачей, с которым разговаривал мой агент, утверждает, что она была самой настоящей душевнобольной, причем в очень тяжелой форме. Она считала своего сына наместником Дьявола на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.