Ночная смена стр. 190
него перехватило горло от недобрых предчувствий.
Дорожный знак предупреждал их, что следует сбавить скорость до тридцати. Ржавая табличка возвещала:
ВО ВСЕЙ НЕБРАСКЕ ВЫ НЕ НАЙДЕТЕ ТАКОГО ГОРОДКА, КАК ГАТЛИН… И НЕ ТОЛЬКО В НЕБРАСКЕ! НАСЕЛЕНИЕ 5431.
По обеим сторонам дороги потянулись пыльные вязы, многие высохшие. Миновали дровяной склад и заправочную станцию с семьдесят шестым бензином: ОБЫЧН. за 35.9, ОЧИЩ. за 38.9. И еще: ВОДИТЕЛИ ГРУЗОВИКОВ, ДИЗЕЛЬНОЕ ТОПЛИВО С ДРУГОЙ СТОРОНЫ.
Они пересекли Аллею вязов, затем Березовую аллею и очутились на городской площади. Дома здесь были деревянные, крылечки с навесами — чопорные, без затей. Лужайки неухоженные. Откуда-то вылезла дворняга и, посмотрев в их сторону, разлеглась посреди улицы.
— Остановись, — потребовала Вики. — Остановись, слышишь!
Берт послушно прижался к тротуару.
— Повернем назад. Мальчика можно отвезти на Грэнд Айленд. Не так уж далеко. Поехали!
— Вики, что случилось?
— Ты меня спрашиваешь, что случилось? — голос ее зазвенел. — В этом городке нет ни души, только ты да я. Неужели ты еще не почувствовал?
Да, что-то такое он почувствовал, но, с другой стороны…
— Это так кажется, — возразил он. — Хотя, прямо скажем, жизнь здесь не бьет ключом. Может, все на распродаже кондитерских изделий или сидят по своим норкам, играют в бинго…
— Нет, нет здесь никаких людей! — в голосе появился надрыв. — Ты заправочную видел?
— Возле дровяного склада? И что? — Он думал о своем, слушая цикад в кроне вяза. В ноздри били запахи кукурузы, шиповника и, само собой, навоза. Ему бы радоваться — какой-никакой, а городок, — но что-то его смущало, притом что все как будто укладывалось в привычные рамки. Наверняка где-нибудь поблизости найдется магазинчик, где торгуют содовой, и скромный кинотеатр под названием «Рубин», и школа имени Джона Фицджеральда Кеннеди.
— Берт, там были указаны цены: 35.9 долларов — обычный бензин, 38.9 долларов — очищенный. Ты вспомни, когда последний раз платил по таким ценам?
— Года четыре назад, если не больше, — признался он. — Но…
— Мы в центре города — и хоть бы одна машина! Хоть бы одна!
— Отсюда до Грэнд Айленда семьдесят миль. С какой стати я буду делать такой крюк…
— Сделаешь.
— Послушай, сейчас найдем здание суда и…
— Нет!
Ну все, пошло-поехало. Вот вам короткий ответ, почему наш брак разваливается: «Нет. Ни за что. Костьми лягу, но будет по-моему».
— Вики…
— Не хочу я здесь находиться ни одной минуты.
— Вики, послушай…
— Разворачивайся и поехали.
— Вики, ты можешь помолчать?
— На обратном пути. А сейчас разворачивайся и поехали.
— У нас в багажнике лежит труп! — зарычал он. Она даже подскочила, и это доставило ему удовольствие. Он продолжал уже более спокойным тоном: — Мальчику перерезали горло и вытолкнули его на дорогу, а я его переехал. Надо заявить в суд… куда угодно. Тебе не терпится вернуться на шоссе? Иди пешком, я тебя потом подберу. Только не гони меня за семьдесят миль с таким видом, будто у нас в багажнике валяется мешок с мусором. Надо заявить раньше, чем убийца успеет перевалить через эти холмы.
— Скотина, — она опять заплакала. — Зачем я только с тобой поехала?
— Не знаю, — сказал он. — Я знаю одно: еще можно все поправить.
Машина тронулась с места. Пес на минуту поднял голову и снова положил ее на лапы.
До площади