Ночные всадники (сборник) стр. 21
еще гулять по Нижнему Новгороду!
– Николай Михайлович! Я берусь за это дело. Дайте распоряжение, чтобы сыскная полиция оказывала содействие. У них своих хлопот много, обрадуются, что переложили на столичного гостя… Но без помощи местных сил никакой Путилин ничего не сделает. А я далеко не Путилин…
– Распоряжение отдано еще вчера. Полицмейстер и начальник сыскного отделения ждут вас в Главном доме. Желаю успеха! И не дуйтесь на меня. Видите, что творится… Сам Разъезжалов! Хорошо, что Их Величества уже уехали.
Лыков отправился на ярмарку. Там, на втором этаже Главного дома, помещалась городская полиция. Она переезжала сюда из кремля каждый год на время торга. Алексей помнил еще старый Главный дом, с флигелями. Три года он, тогда молодой и неопытный, ходил сюда на службу. А теперь явился как столичный авторитет помогать здешним сыщикам…
Яковлев действительно ждал его и тут же вызвал Прозорова. Как всегда невозмутимый и основательный, он сообщил:
– В три часа я назначил совещание всех частей. Вам ведь не одни сыскные понадобятся?
– Именно так, Петр Яковлевич! Что сыскные? Восемь человек на весь город. Костяк полиции – околоточные, особенно в криминальных местах. И не временные, взятые на срок выставки с ярмаркой, а постоянные. Приставы тоже нужны, чтобы толкали околоточных. Так что понадобятся все.
Тут вошел начальник сыскного отделения и сразу заюлил:
– Как хорошо, Алексей Николаевич, что именно вас прислали нам в помощь!
Однако Яковлев цыкнул на подчиненного. Свою голову надо иметь! А помощь со стороны – знак слабости здешней полиции. Ладно губернатор, он специфики не знает, а приставу Прозорову не к лицу такие слова…
– Расскажите мне о жертве, – попросил Лыков. – Где пост этого городового? Как именно его убили?
– Городовой Второй кремлевской части знак номер триста двадцать три Яков Одежкин, он же Депутатов, – начал городской сыщик. – Запасной рядовой Первого невского Его Величества короля эллинов пехотного полка. Из постоянного штата, пять лет в полиции, служил без замечаний. Пост у него был напротив Архиерейского дома…
Лыков кивнул. Когда он служил здесь, полиция тоже высылала туда человека, для порядка.
– …Позавчера, сдав дежурство, Одежкин явился в часть. Был обычный. То есть совсем обычный, как всегда! В седьмом часу доложился помощнику пристава титулярному советнику Делекторскому и ушел домой. А утром сыскался его труп. Нашли в выгребе, во дворе дома Мохова, что на углу Сергиевской улицы и Плотничьего переулка.
– Это где трактир Чистякова? – перебил докладчика Алексей.
– Точно так.
– Одежкин заходил в трактир?
– Заходил. Выпил две рюмки водки прямо у стойки и удалился. Больше его живым не видели…
– Кто нашел тело?
– Дворник Егоров, в шесть часов поутру.
– Как убили городового? Ножом ткнули?
– Нет. Убили камнем.
– Камнем? – поразился Лыков. – Это что за способ такой?
– Сами удивляемся, Алексей Николаевич, – развел рукам Прозоров. – Ударили в висок, и готов! Необычно, да. Разве в пьяной драке так бывает.
– Камнем… Нашли его поблизости?
– Точно так, лежал возле ямы. Медико-полицейская экспертиза доказала, что им и били. Булыжник, простой булыжник.
– Во дворе были еще такие камни?
– Нет.
– Что же получается? – Надворный советник обратился к полицмейстеру. – Убийца принес булыжник с собой?
– Случай действительно дикий, – согласился Яковлев. – Или он ждал во дворе… Например, собирался ограбить дом. А тут городовой случайно заглянул туда… по малой нужде, к примеру, и увидел преступника. Понял, что готовится злодейство, попытался задержать и получил по голове. Или того хуже: преступник выслеживал именно Одежкина. Шел за ним с камнем, улучшил момент, напал сзади и ударил. Тело затащил во двор, когда раззява дворник отлучился.
– Тогда выходит, что убийца знал городового и имел с ним счеты, – подхватил Прозоров.
– Что-нибудь пропало?
– Оружие, кошелек, часы на месте. Пропала только постовая книжка.
– Опять загадка, господа! Зачем убийце постовая книжка городового? Там же отметки о принятии и сдаче дежурства.
– Некоторые городовые заносят в книжку происшествия, – предположил коллежский регистратор. – Это против правил, но иногда случается. У Одежкина вышел со злодеем конфликт. Он установил личность, записал для памяти в книжку. А тот затаил обиду, выпил для храбрости, начал выслеживать. Подловил в подворотне и убил. А книжку взял, чтобы его по той записи потом не нашли.
– Правдоподобная версия, Владимир Алексеевич, –