Норманны — Русы Севера стр. 126
мост на Суэцкий перешеек — именно там, на подходах к «мосту-перешейку» надо было остановить массированное нашествие не просто иного этноса, но иной расы, иного мировоззрения, иного сознания… Спасать Египет и часть еще не поглощенной Сурии-Палестины надо было в ближайшие десятилетия 28 .
Волхвы-жрецы не скрывали своих намерений. Это они внушили племени Иакова-Израиля, что оно есть «избранный народ». Для успеха дела сами подопытные должны были ощущать свое мессианство, свою избранность — только абсолютно верящие в свою особенность люди могли остановить нашествие себе подобных.
Даже пресловутое «бегство евреев из Египта» (по «библейской традиции» ок. 1280 г. до н. э., фактически позже), этот очередной «исход» жрецы-волхвы русов обставили и обыграли как самостоятельное решение самого «избранного народа». Было крайне наивно думать, что регулярные армейские части Египта, профессиональные воины не смогли бы догнать и остановить караван-табор с детьми, стариками, женщинами и козами. Все эти легенды о «казнях египетских», о «хитроумных евреях», обхитривших фараона, его сановников, спецслужбы и простодушных соседей-египтян, о «расступившихся водах Красного моря» очень красивы и поэтичны, это настоящая, подлинная литература. В жизни, в истории все было реалистичней и проще.
Сам «египетский плен» несчастных подопытных длился, разумеется, не пятьсот лет, и даже не триста — это преувеличение, обычный литературный прием, применяемый для того, чтобы поразить воображение слушателей и читателей, это заурядная гипербола составителей Ветхового Завета. Точных дат не знает никто, но пребывание «избранных» гибридных 29 семитов в Египте могло длиться в течение смены двух-трех, от силы четырех поколений, то есть сто двадцать — сто пятьдесят лет. Этого времени волхвам-жрецам должно было вполне хватить для того, чтобы выработать и закрепить необходимые признаки «оседлого населения», не разрушая самого семитского менталитета, суть которого в направлении своей этноэнергии-пассионарности не внутрь собственного рода-племени или социума, а во внешнюю этносреду. Процесс воспитания, выучки, селекции не мог длиться пятьсот лет. За такое время была бы утрачена сама цель эксперимента по выведению новой, агрессивно-сдерживающей и контролируемой, то есть управляемой «породы» людей нового типа.
Судя по всему, жрецы-волхвы были мастерами своего дела и работали они без выработанных значительно позже понятий о «правах человека». В селекционные работы входил труд на строительстве пирамид и прочих сакральных или хозяйственных объектах Империи. Не способные к организованному труду отбраковывались и, скорее всего, погибали на таких работах. Отсюда и легенды о «жестоких фараонах и рабском труде». О большинстве прочих методов селекции, применяемых египетскими жрецами-волхвами, мы можем только догадываться. Жрецы ставили перед собой грандиозную задачу, так как думали не только о создании «живого щита» на пути кочевых орд, но и о выращивании нового населения всего Древнего Востока, способного хоть каким-то образом хранить начала высоких цивилизаций. Альтернатива была одна — дикие орды «людей смерти» и дикая бесплодная пустыня на месте цветущих городов и селений.
За некоторое время до того как, по мнению жрецов-волхвов, «избранный народ» созрел для возлагаемых на него надежд и обязанностей, к нему был приставлен специально подготовленный человек из жреческой касты, который должен был провести закрепление благоприобретенных признаков и выработку морали, цементирующей «избранных» в суровых условиях Синайской горной пустыни, после чего привести их на заранее определенное место — на земли Ханаана, и перекрыть этот «естественный мост», по которому орды кочевников шли