Новая Инквизиция II стр. 2
Я по собственным каналам навел справки о делишках твоих фирмочек, даже тех, которые тебе якобы не принадлежат. Широков остался единственным твоим сильным конкурентом во всей Москве и области, причем, весьма кусачим. Не он ли тебя в начале года чуть не засунул в реестр недобросовестных поставщиков, м-м-м? Сколько ты на суды слил денег? А на срочное исправление недостатков по «подмазанным» госконтрактам? Молчишь? Вот то-то и оно. А давай я еще напомню, как Широков в марте увел из-под твоего носа тендер на прокладку нового шоссе по пятьдесят зеленых лямов за километр? Так что не катай мне тут по ушам, я всю твою подноготную хорошо успел изучить. Ты прекрасно знаешь, что за такое дело никто не возьмется в здравом уме, даже если ты к этой сумме еще один ноль в конце пририсуешь. Короче, к чему это я… Не пытайся торговаться, ты не на рынке.
— Какой длинный, оказывается, у тебя нос, Виноградов, — наниматель угрожающе прищурил глаза, но в тоне его голоса все же послышалось легкое восхищение. — И очень-очень любопытный…
— А ты думал, я просто контуженный вояка? — в притворном удивлении вскинул брови Макс. — Я бы мог обидеться, если б мне было не насрать.
— Что ж, я тебя понял, — изрек бизнесмен после непродолжительной паузы и встал из-за стола. — Свяжусь с тобой, когда приму окончательное решение.
— Попытаешься выяснить, не подстава ли это от Широкова? — догадливо ухмыльнулся инквизитор. — Понимаю, Бестужин, понимаю. Вот только не советую долго волынить, ведь как знать, вдруг конкурент тоже планирует смахнуть тебя с доски? Тут уж тебе придется примерить шкуру героя вестерна. Кто первый выхватит револьвер и нажмет на спуск, тот и победил. Сечешь?
Судя по тому, как от эмоций мужчины повеяло раздражением, Изюм своим комментарием угодил в самое яблочко. Его обеспеченный собеседник боялся проиграть не только экономическую войну, но и прилечь по ее итогам в сырую земельку. Ведь в той сфере, где он вращался, ставки были слишком высоки, и человеческая жизнь в сравнении с ними, стоила до постыдного мало.
Ничего не ответив, Степан отвернулся от бывшего спецназовца и поспешил к выходу, не утруждая себя прощанием. И это поведение сказало о нем Виноградову гораздо больше, нежели слова и жесты. Кажется, только сейчас Бестужин осознал, насколько сильно недооценивал бывшего военного, перешедшего в боевую инквизицию. Сегодня службе безопасности бизнесмена предстоит много работы…
Глава 1
Рассматривая интерьер старого бомбоубежища, оскверненного пойманным инфестатом, я едва сдерживал в себе бурление непривычно огромных объемов некроэфира. Если совсем недавно я удивлялся, где этот ублюдок смог накачать столько энергии смерти, то теперь у меня все вопросы отпали. Спустившись по винтовой лестнице, я будто оказался в декорациях трешового американского слешера. Облезлые стены, плесневелый бетонный потолок с осыпавшейся штукатуркой, ржавые коробы вентиляции и много-много двухъярусных нар-стеллажей, на которых вместо припасов теперь лежали людские останки…
Какой гнусной жути тут только не встречалось. Кисти рук в прозрачных банках, закатанные будто огурцы на зиму. Не знаю, может это мое воображение так взыграло, но мне показалось, что они шевелятся. Отсеченные головы, торсы, освежеванные трупы, кости с остатками мяса… Я многое успел повидать за время службы в