Новоселье стр. 36
вошёл в завершающую стадию. Мимика у нас уже разная. Короед простонал мне в мозг, что с моими способностями мы утратим остаточную связь досрочно дней за десять. Да, я способная.
Сплошное расстройство
Тренировки по разделению с Короедом начались очень весело. Мастер-наставница, огромное ей спасибо, решила, что нам с бывшим подселенцем будет неприлично ходить вместе на занятия. Я была бы не прочь хоть разок удивить народ распрекрасным «эльфом сопровождения», но с другой стороны — неожиданные каникулы — не менее приятная штука.
Минувшие пять дней мы с иномирским учмагом активно учились жить отдельно. Сначала научились жить «зеркально». Идею зеркальности родил Лидорчик. Признаю — он не безнадёжен. Великолепная идея: если у вас две руки, ничто не мешает развести их в стороны, чтобы показать: «Я поймал во-о-от такую рыбу». Тренировку назвали «Метод рыбака».
Уже на третьи сутки нам с Короедом удалось-таки разойтись: я ушла в подвал, он — на чердак. Вот только… до нижнего уровня подвала идти гораздо дальше, чем до чердака, поэтому получилось забавно: я всё ещё углублялась в подземелье, а Короед уже упёрся в крышу и пытался пройти её насквозь. Яся отловила своего красавца на стадии бодания обрешетки. Эх, как его тянуло наружу! Думаю, что крышу он протаранил бы. Но посланный вытащить меня из подвала Лидорчик испортил хорошую шутку.
И всё-таки Короед набил себе шишку. Менее красивым эльфоучмаг не стал, вот что обидно.
Яся тоже оказалась гораздо умнее, чем я думала. Мастер-наставница изобрела более безопасный способ тренировки несинхронного поведения. Музыкальный. Вчера нам с Короедом удалось часа три к ряду петь «ля-ля-ля-ля-ля» на мотив детской песенки не в такт и невпопад. Лидорчик не согласился с Ясей насчёт безопасности нового метода и сбежал в сад к гномам. Но в саду нас с Короедом тоже было неплохо слышно, и Лидорчик с гномами пришли проситься в дядину лабораторию как в самое глухое место. Короед извинился и поставил «Полог Тишины». Яся перестала страдальчески вздыхать, а Лидорчик получил от кухарки банку мёда — заесть душевную травму. Не знаю, что им так не понравилось. У Короеда очень приятный баритон. У меня, конечно, не баритон, зато я пою громче.
Но самым главным достижением было вовсе не антихоровое пение само по себе. Короед же не просто мычал! Он сумел-таки сказать «ля», а потом очень радостно это «ля» пел! У всех нормальных людей и нелюдей первое слово обычно «мама», иногда «папа», реже — «дай». И только у моего Короеда — «ля». Горжусь.
Вечер убили на то, чтобы научить Короеда не дёргаться всякий раз, когда я подпрыгиваю. Мастер-наставница гоняла меня мечом по гостиной, а Короед сидел в кресле и думал. Иногда он случайно отбивал вместе со мной удар Яси и даже попытался схватить вазу, которую я сшибла, выбегая в коридор. Но в целом держался нормально.
Не сказать, чтобы и мне от него совсем никаких движений не перепадало. То брови сами удивленно вверх ползли, то какие-то вздохи на ровном месте прорывались. Хорошо, что Короед, пока был во мне, нечасто управлял моим телом. И недолго. А то и меня с ним синхронизировало бы хуже и чаще. А так… докатывались только очень сильные короедовские удивления и переживания.