Библиотека

О голубка моя стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

В том-то и дело, что нет, я ничего ей не рассказывал! Но она умудрилась разузнать все!

– А мне все равно. Это я раньше обижалась, страдала, капризничала… Теперь я понимаю, что нельзя переживать из-за… из-за глупости и бестактности некоторых людей. Подумаешь, кто-то написал мерзкую заметку в Интернете… На заборе тоже пишут – и что, теперь волосы на себе рвать? – пожала Тая плечами, села на диван. Егор расположился напротив, на деревянном стуле с накладным неудобным сиденьем. – Как ты меня нашел?

– Даша сказала.

– Эта Даша… – поморщилась Тая, но продолжать не стала, только рукой махнула.

– А еще она мне сказала, что тогда, после смерти

дочери, ты чуть… – Егор не договорил.

– Все уже прошло. То есть ничего не прошло, но я успокоилась. Я нормальный человек, я не собираюсь всю жизнь… сходить с ума. Когда-нибудь… когда-нибудь я снова стану счастливой. Я верю в это.

– А твой… а твой друг что об этом говорит?

– Кто? А, мой друг… Он со мной согласен.

– Где он, кстати, сейчас?

– Работает.

– Понятно.

Они сидели друг напротив друга, молчали.

– Тая…

– Да?

– Покажи мне фото Лидуси. – Егор произнес имя свой дочери так, как называли ее Тая и Дарья. «Лидуся», – зачем-то мысленно повторил он.

Секунду Тая сидела неподвижно, затем кивнула, поднялась.

– Есть фото в альбоме… Но, знаешь, есть и видеозапись. У Никиты был день рождения, и мы с Лидусей приехали к ним. Помнишь Никиту?

– А, твой племянник… Подросток.

– Какой подросток, ему сейчас двадцать четыре года, он уже женат! Но на том видео – да, еще мальчишка…

– Если тебе не трудно, покажи. Или хочешь, отдай мне запись, я потом ее посмотрю.

– Да все в порядке, – хмуро произнесла Тая. – Я не запла́чу. Я научилась держать себя в руках.

Она включила телевизор, нашла диск с записью.

…Все зелено-голубое на экране, какие-то пятна, шум. Раз – и картинка прояснилась, хотя изображение и плыло.

– Как Лидусик любит братика? Вот как любит! – незнакомый и вместе с тем узнаваемый голос Даши. Вероятно, это Даша вела съемку.

На экране – подросток, юноша. Точно, это же Никита. На руках парня – девочка в розовом платье, со смешными хвостиками на голове, в виде рожек.

«Лидуся», – подумал Егор, и его словно кто-то ударил с размаху в грудь.

Девочка засмеялась и поцеловала парня в щеку.

– Вот как Лидусик любит братика! А где у Никиты носик? Во-от он носик…

– Мам, ты только не спрашивай, где у меня глазки!

– Музыку я включу, – на экране промелькнула Тая.

Заиграла популярная в те годы мелодия. Никита стал танцевать с девочкой на руках. Девочка хохотала, потом стала рваться с рук, вниз. Никита поставил ее на ноги, и девочка принялась танцевать сама. Забавно и неуклюже.

Она была похожа на Таю в этот момент. Что-то такое в ее лице… очень знакомое и милое.

– А глаза мои, – вырвалось у Егора.

– Что?

– Я говорю – у нее мои глаза. У тебя какие-то рыжие, а у меня серые. У нее мои глаза, – произнес Егор, не слыша собственного голоса.

Камера приблизилась к лицу девочки. Пухлые щечки, вздернутый носик и этот взгляд – такой живой, ясный, веселый.

– А как Лидусик любит тетю Дашу? Ну-ка, покажи!

Девочка послушно изобразила воздушный

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.