Обитаемый остров. Малыш. Жук в муравейнике. Волны гасят ветер стр. 1091
– Никто не любит Прогрессоров, – пробормотал Горбовский. – Даже сами Прогрессоры… – Он глубоко вздохнул и снова закрыл глаза. – Честно говоря, не вижу я здесь никакой проблемы. Это все остроумные интерпретации, не более того. Передайте ваши материалы, скажем, педагогам, и у них будут свои, не менее остроумные интерпретации. У глубоководников – свои… У них свои мифы, свои Странники… Вы не обижайтесь, Тойво, но уже само упоминание Бромберга меня насторожило…
– А между прочим, все работы Бромберга по Монокосму исчезли… – негромко произнес Комов.
– Да не было у него никаких работ, конечно! – Горбовский слабо хихикнул. – Вы не знали Бромберга. Это был ядовитый старик с фантастической фантазией. Максик прислал ему свой встревоженный запрос. Бромберг, который до того сроду на эти темы не думал, уселся в удобное кресло, уставился на свой указательный палец и мигом высосал из него гипотезу Монокосма. Это заняло у него один вечер. А назавтра он об этом забыл… У него же не только великая фантазия, он же знаток запрещенной науки, у него же в башке хранилось невообразимое число невообразимых аналогий…
Едва Горбовский замолк, Комов сказал:
– Правильно ли я вас понял, Глумов, что вы утверждаете, будто на Земле сейчас присутствуют Странники? Как существа, я имею в виду. Как особи…
– Нет, – проговорил Тойво. – Этого я не утверждаю.
– Правильно ли я вас понял, Глумов, что вы утверждаете, будто на Земле живут и действуют сознательные пособники Странников? «Отсортированные», как вы их называете…
– Да.
– Вы можете назвать имена?
– Да. С известной степенью вероятности.
– Назовите.
– Альберт Оскарович Тууль. Это почти наверняка. Сиприан Окигбо. Мартин Чжан. Эмиль Фар-Але. Тоже почти наверняка. Могу назвать еще десяток имен, но это уже менее достоверно.
– Вы общались с кем-нибудь из них?
– Думаю, что да. В Институте Чудаков. Думаю, их там много. Но кто именно – назвать точно пока не
могу.
– То есть вы хотите сказать, что отличительные их признаки вам неизвестны?
– Конечно. На вид они ничем не отличаются от нас с вами. Но вычислить их можно. По крайней мере, с достаточной степенью вероятности. А вот в Институте Чудаков, я уверен, должна быть какая-то аппаратура, с помощью которой они определяют своего человека без промаха, наверняка.
Комов быстро взглянул на меня. Тойво заметил это и сказал с вызовом:
– Да! Я считаю, что нам сейчас не до церемоний! Придется нам поступиться кое-какими достижениями высшего гуманизма! Мы имеем дело с Прогрессорами, и придется нам вести себя по-прогрессорски!
– А именно? – осведомился Комов, подаваясь вперед.
– Весь арсенал нашей оперативной методики! От засылки агентуры до принудительного ментоскопирования, от…
И тут Горбовский издал протяжный стон, и все мы с испугом к нему повернулись. Комов даже вскочил на ноги. Однако ничего страшного с Леонидом Андреевичем не случилось. Он лежал в прежней позе, только гримаса притворной любезности на тощем его лице сменилась гримасой брезгливого раздражения.
– Ну что вы тут затеяли около меня? – ноющим голосом произнес он. – Ну взрослые же люди, не школьники, не студенты… Ну как вам не совестно, в самом деле? Вот за что я не люблю все эти разговоры о Странниках… И