Обладатель Белого Золота стр. 564
мой страх возрастает. Требуемая цена для меня непомерна.
Ковенант растерянно повернулся к Линден, но она поняла не больше его. И ничего не могла ему объяснить. Элохим пребывал за пределами ее видения. Она не чувствовала его приближения, пока он не обратился из камня в плоть, не ощущала никаких эманаций и, по существу, ничего о нем не знала. Кроме того, что, будучи воплощением Земной Силы, он мог принимать любой облик, а будучи избавленным от многих сомнений и колебаний — любые решения. Его соплеменники не остановились перед тем, чтобы, руководствуясь собственными сомнительными резонами, лишить Ковенанта воли и разума. А сам он покинул и ее, и ее спутников на верную смерть, тогда как имел возможность помочь им. Все связанное с ним вызывало в памяти одну лишь горечь. Вспомнив о дереве, загубленном им, когда он покушался на жизнь Вейна в прошлый раз, Линден сказала:
— Прежде он никогда не говорил правды. С чего бы ему вдруг начинать сейчас?
Ковенант нахмурился. У него не было оснований доверять элохимам, но казалось, что он не желал и осуждать их, словно неосознанно стремился отнестись к ним с большей справедливостью, нежели они когда-либо относились к нему.
Так или иначе, Вейну уже никто помочь не мог. Ущелье было глубоким и по мере продвижения вперед становилось все глубже. Шум воды доносился уже издалека.
Первая качнула факелом.
— Мы должны поспешить, а то останемся без света.
Ее факел, сухой и ломкий, выгорел почти наполовину, а за поясом у Красавчика оставался всего один.
Приглушенно ругаясь, Ковенант зашагал по тоннелю.
Линден поежилась. Вокруг нее громоздился камень — холодный и страшный. Страшная картина падения Вейна вновь и вновь прокручивалась в ее сознании. Он не заслужил такой страшной смерти. Никто не заслужил.
Под землей было прохладно, но ее прошибал пот. Однако она продолжала идти за Ковенантом и Первой, чувствуя рядом надежное плечо Красавчика. Следуя за покачивающимся огнем, Линден старалась держаться как можно дальше от обрыва и настолько близко к стене, что задевала плечом о камень. А твердость камня пробуждала в ней воспоминания об узилищах Ревелстоуна и Удерживающей Пески.
Финдейл шел последним. Его босые ноги ступали беззвучно.
Когда, наконец, истаял свет, проникавший через вход в тоннель, тьма сгустилась. Затем тоннель изогнулся, сворачивая в сторону, и внешний мир оказался отрезанным. Линден чувствовала, как двери надежды закрываются со всех сторон. Факела Первой не могло хватить надолго.
Но, сосредоточившись, Линден поняла, что она в состоянии ощущать границы пустоты и камня. Ей не нужно было видеть край пропасти, чтобы безошибочно сказать, где он находится. Так же отчетливо воспринимала она и поверхность дороги, спотыкаться ей не приходилось. Будь у нее вдобавок и сила, чтобы отбить нападение, она, пожалуй, могла бы блуждать по пещерятникам в относительной безопасности.
Это прибавило Линден храбрости, но как раз тут факел Первой начал оплывать.
А Линден показалось, что где-то перед ними тьма смягчается, становится не столь густой и непроницаемой. Несколько мгновений она смотрела вперед мимо Первой и Ковенанта, но так далеко ее видению было не дотянуться. Однако вскоре меченосица остановилась, опустила факел, и свечение впереди стало более определенным.
— Что это там светится? — спросила Первая, обращаясь к Ковенанту